На главную






ОСНОВНЫЕ ЗАКОНЫ РФ

судебная практика


Научные статьи

Недвижимость:

Ипотека

Приватизация

Долевое строительство


Семейные споры:

Основы семейного права.

Брачный договор

Алименты

Раздел жилого помещения .


Сфера труда:

Основы трудового права.

Трудовой договор

Премиальная форма заработной платы

Трудовой договор


АВТОЮРИСТ:

Комментарий к Правилам дорожного движения.

Все об Автостраховке.

Комментарий к Закону Об обязательном страховании.

Об эвакуации транспортных средств


Уголовное право.

Комментарий к Уголовному кодексу

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу

Изнасилование.

Протоколы (приложения УПК).


Налоговая энциклопедия
























БЕСПЛАТНАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ
Rambler's Top100

Конституция, Кодексы, Законы.

Юридические услуги



Научно-практический комментарий
к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации

1. Правила, установленные УПК, распространяются в равной мере как на граждан Российской Федерации, так и на иностранных граждан и лиц без гражданства. В соответствии с ч. 3 ст. 12 УК иностранные граждане и лица без гражданства, не проживающие постоянно в Российской Федерации, подлежат уголовной ответственности в случаях, если преступление совершено ими на территории РФ или если преступление, совершенное вне пределов Российской Федерации, направлено против интересов Российской Федерации, либо в случаях, предусмотренных международным договором РФ, если они не были осуждены в иностранном государстве и привлекаются к уголовной ответственности на территории РФ.

2. Правилами, установленными комментируемой статьей, определяется порядок осуществления отдельных следственных и иных процессуальных действий в отношении иностранных граждан и лиц без гражданства не только в случаях, когда они привлекаются в качестве подозреваемого или обвиняемого, но и когда они выступают в качестве потерпевших, гражданских истцов или ответчиков, свидетелей, собственников жилья, в котором производится обыск, и др. На этих лицах лежат такие же, как и на гражданах Российской Федерации, процессуальные обязанности; они обладают такими же процессуальными правами.

3. Круг лиц, на которых распространяется иммунитет в сфере уголовно-правовых и уголовно-процессуальных отношений, определяется Венской конвенцией о дипломатических сношениях (18 апреля 1961 г.) (Ведомости СССР. 1964. N 18. Ст. 221); Венской конвенцией о консульских сношениях (24 апреля 1963 г.), Конвенцией о привилегиях и иммунитетах Объединенных наций (Лейк Сакссес, Нью-Йорк, 13 февраля 1946 г.), Конвенцией о специальных миссиях (Нью-Йорк, 8 декабря 1969 г.), Конвенцией о представительстве государств в их отношениях с международными организациями универсального характера (Вена, 14 марта 1975 г.) (Международное публичное право. Сб. документов. Т. 1. М.: Бек, 1996); Конвенцией о привилегиях и иммунитетах Евразийского экономического сообщества (Минск, 31 мая 2001 г.) (СЗ РФ. 2005. N 47. Ст. 4829), рядом других актов международных организаций, а также двусторонних и многосторонних договоров. К числу лиц, на которых распространяется иммунитет, относятся, в частности, сотрудники дипломатических представительств и члены их семей, главы иностранных государств, руководители законодательных (представительных) и исполнительных органов власти государств, министры иностранных дел, работники консульских учреждений, сотрудники международных организаций и представители государств в этих организациях, а также военные наблюдатели, лица (как граждане иностранных государств, так и российские граждане, проживающие в других государствах), прибывающие в Российскую Федерацию в соответствии с международными договорами, в том числе для оказания помощи в ликвидации последствий катастроф или стихийных бедствий либо для участия по вызову правоохранительных органов в следственных или судебных действиях. Объем иммунитета определяется главным образом в зависимости от статуса соответствующего лица: глава иностранного государства, сотрудник посольства, работник консульского учреждения, член семьи и т.д.

4. В отношении лиц, обладающих дипломатической неприкосновенностью (послы, военные атташе и др.), независимо от того, в каком процессуальном качестве они выступают, процессуальные действия в силу ч. 2 комментируемой статьи могут совершаться лишь по их просьбе или с их согласия.

Следует, однако, иметь в виду, что дипломатический иммунитет является не только правом отдельных категорий дипломатических и консульских служащих, но и определенной гарантией интересов государства. Поэтому некоторые действия (задержание, осуждение и т.п.) не могут производиться, даже если сами эти служащие против них не возражают. Связано это, в частности, с тем, что согласно п. 1 ст. 32 Венской конвенции о дипломатических сношениях и ст. 45 Венской конвенции о консульских сношениях отказ от привилегий и иммунитетов является прерогативой того государства, которое соответствующий служащий представляет.


Статья 4. Действие уголовно-процессуального закона во времени

1. Пределы действия уголовно-процессуального закона во времени определяются моментом проведения соответствующего следственного, судебного, иного процессуального действия или принятия процессуального решения; они не зависят ни от момента совершения преступления, ни от момента возбуждения уголовного дела.

2. Согласно Федеральному закону от 14.06.1994 N 5-ФЗ "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" (в ред. от 22.10.1999) (СЗ РФ. 1994. N 8. Ст. 801; 1999. N 43. Ст. 5124) законы, в том числе и уголовно-процессуальные, вступают в силу одновременно на всей территории РФ по истечении 10 дней после официального опубликования, если самими законами не установлен другой порядок вступления их в силу. Официальным является первое опубликование полного текста закона в "Парламентской газете", "Российской газете" или в "Собрании законодательства Российской Федерации".

Действие уголовно-процессуального закона, утратившего силу, может продолжаться в случае, если возникшие на его основе конкретные процессуальные отношения продолжают развиваться и после утраты этим законом силы. Так, введение в действие на территории того или иного субъекта РФ п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК, предусматривающего рассмотрение определенных категорий уголовных дел судом с участием присяжных заседателей, не расценивается как основание для прекращения судебного разбирательства, которое было начато до этого момента судом в составе одного судьи или судьи и двух народных заседателей.

Действие закона прекращается в связи с его отменой, утратой силы вследствие истечения установленного в нем срока действия или исчезновения условий, при которых допускается его применение, а также в результате признания закона по решению КС РФ не соответствующим Конституции.

3. По общему правилу, уголовно-процессуальный закон не имеет обратной силы. Однако это не относится к тем нормам, которые определяют процессуальный механизм реализации уголовно-правовых институтов, устанавливающих ответственность за преступления и освобождение от ответственности и наказания, и которые являются производными от соответствующих уголовно-правовых институтов. На них в силу ст. 54 Конституции распространяются правила об обратной силе закона, устраняющего или смягчающего ответственность, и о недопущении применения закона, устанавливающего или усиливающего ответственность.

Положениями ст. 54 Конституции, а не ст. 4 УПК определяется и порядок применения уголовно-процессуальных норм, устанавливающих или усиливающих ответственность за процессуальные нарушения (например, нормы ст. 94 УПК о последствиях совершения обвиняемым или подозреваемым действий, для предупреждения которых была применена мера пресечения в виде личного поручительства).

4. Процессуальные действия, совершенные в соответствии с законом, который впоследствии был отменен, как и принятые в соответствии с таким законом решения, сохраняют свою силу и значение и в условиях действия нового процессуального закона. Вместе с тем в отдельных случаях новый закон может лишать ранее совершенные действия и принятые решения юридического значения, несмотря на то, что они основывались на нормах прежнего законодательства (см., в частности, п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК).


Статья 5. Основные понятия, используемые в настоящем Кодексе

1. Одним из важнейших условий правильного применения уголовно-процессуального закона является единообразное его понимание всеми правоприменителями, а также иными участниками уголовно-процессуальных отношений. Конкретное содержание тех или иных используемых в законе понятий может быть выявлено в результате грамматического, исторического, логического, систематического и иного толкования.

Следует иметь в виду, что один и тот же термин может обозначать различные по своему содержанию понятия (явления) в зависимости от того, в каких сферах жизнедеятельности они используются. Так, терминам, применяемым в уголовном судопроизводстве, может придаваться смысл, несколько иной по сравнению с обыденным или иным профессиональным словоупотреблением (сравните трактовку понятий "близкие родственники" в п. 4 комментируемой статьи и в ст. 14 СК, ст. 37, 575 ГК; "жилище" - в п. 10 комментируемой статьи и в ст. 15 ЖК).

2. Как отмечается в Определении КС РФ от 12.05.2005 N 166-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Котовой Светланы Евгеньевны на нарушение ее конституционных прав пунктом 10 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" (ВКС РФ. 2005. N 6), по смыслу названной нормы, условием отнесения нежилых помещений и строений, не входящих в жилой фонд, к жилищу является факт их использования для временного проживания. Данная норма, будучи направленной на обеспечение реализации ст. 25 Конституции в сфере действия уголовно-процессуального законодательства, не исключает гарантии неприкосновенности не только в отношении непосредственно жилых помещений, но и в отношении хозяйственных построек, находящихся на территории индивидуального домовладения. КС РФ также отметил в данном Определении, что вопрос об отнесении того или иного помещения к категории жилища должен решаться в процессе уголовного судопроизводства судами общей юрисдикции с учетом практики Европейского Суда по правам человека, который, раскрывая содержание понятия "жилище", как оно используется в п. 1 ст. 8 Конвенции о защите прав человека 1950 г., в ряде своих решений указывал на то, что жилище - это не только жилой дом или жилое помещение, в котором гражданин постоянно или временно проживает, но и используемые им в этих целях иные помещения, включая офисы и транспортные средства (см., например, постановления от 16.12.1992 по делу "Нимитц против Германии" и от 15.07.2003 по делу "Эрнст и другие против Бельгии").

3. Как следует из ч. 2 ст. 91 УПК, задержание на срок до 48 часов может производиться не только в отношении подозреваемого, но и в отношении обвиняемого в случаях, если прокурором, а также дознавателем или следователем с согласия прокурора в суд направлено ходатайство об избрании в отношении этого лица меры пресечения в виде заключения под стражу.

4. Законными представителями в процессе, как следует из ч. 2 ст. 45 и ст. 437 УПК, могут выступать не только перечисленные в п. 12 комментируемой статьи лица и органы, но и физические лица или представители учреждений и организаций, на попечении которых находятся гражданский истец, гражданский ответчик или лицо, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, если по своему физическому или психическому состоянию они лишены возможности самостоятельно защищать свои права и законные интересы. Допуск к участию в деле в качестве законных представителей лиц, перечисленных в п. 12, осуществляется по решению дознавателя, следователя, прокурора или суда, которые вправе отказать в таком допуске, если, например, родитель лишен родительских прав или имеются противоречия между его интересами и интересами несовершеннолетнего.

5. От контроля (и записи) телефонных и иных переговоров, о которых идет речь в п. 14.1 комментируемой статьи, следует отличать такое оперативное мероприятие, как прослушивание телефонных переговоров, которое осуществляется в соответствии с п. 10 ст. 6 Закона об ОРД. Оба названные действия аналогичны по своему содержанию и осуществляются лишь на основании судебного решения, однако, в отличие от оперативного мероприятия, следственное действие, предусмотренное п. 14 комментируемой статьи, может инициироваться только прокурором или, с его согласия, следователем или дознавателем, а все решения, связанные с его проведением, и полученные результаты должны быть включены в материалы уголовного дела.

6. Термином "обвинение" (п. 22 комментируемой статьи) в УПК обозначаются как материально-правовые претензии государства или частного обвинителя по отношению к обвиняемому в связи с инкриминируемым ему преступлением, так и направление процессуальной деятельности, именуемое еще функцией обвинения, уголовным преследованием. С учетом положений, в частности, ст. 246 (ч. 8) и 252 УПК обвинение в материально-правовом смысле включает в себя: а) определенные фактические обстоятельства преступления (действие или бездействие, последствия, форма вины и т.д.), б) уголовно-правовую оценку события; в) отягчающие наказание обстоятельства.

7. Говоря об органе дознания как участнике уголовного судопроизводства (п. 24 комментируемой статьи), закон, как правило, имеет в виду начальника этого органа (например, ч. 3 ст. 144; ч. 1 ст. 146; ч. 1 ст. 148; ч. 3 ст. 157 УПК). Вместе с тем в ряде случаев отдельные полномочия органа дознания могут осуществляться другими должностными лицами, состоящими на службе в этом органе (ч. 1 ст. 91; ч. 2 ст. 157 УПК).

8. Оговорка в п. 23 комментируемой статьи о том, что определением именуется, в частности, решение вышестоящего суда, за исключением суда надзорной инстанции, относится только к тем ситуациям, когда в качестве надзорной инстанции выступает Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ. Решения, принимаемые по результатам пересмотра вступивших в законную силу судебных решений в порядке надзора президиумами судов, согласно п. 25 именуются постановлениями.

9. Содержащееся в п. 31 комментируемой статьи определение понятия "прокурор" не распространяется, однако, на случаи, когда УПК специально оговаривает особый должностной статус прокурора применительно к определенным действиям и решениям. В частности, п. 4 и 5 ст. 162 установлены пределы полномочий прокуроров соответствующих уровней по продлению сроков предварительного следствия; определены полномочия Генерального прокурора РФ принимать решение о возбуждении уголовного дела в отношении отдельных категорий лиц.

10. Определяя в п. 37 комментируемой статьи родственников как лиц, состоящих в родстве, УПК не указывает конкретную степень родства, могущую выступать в качестве условия предоставления этим лицам предусмотренных уголовно-процессуальным законом прав и применения в отношении них определенных ограничений (см., в частности, ст. 11, 60, 134, 160, 161, 186, 395 УПК), из чего следует, что степень родства не имеет значения для определения их статуса в уголовном процессе. Для сравнения - в гражданском праве правом наследования наделяются родственники вплоть до пятой степени родства: дети двоюродных внуков и внучек (двоюродные правнуки и правнучки), дети двоюродных братьев и сестер (двоюродные племянники и племянницы) и дети двоюродных дедушек и бабушек (двоюродные дяди и тети).

11. От розыскных мер, о которых говорится в п. 38 комментируемой статьи, необходимо отличать оперативно-розыскные меры, которые могут осуществляться в соответствии с Законом об ОРД как для установления лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого или обвиняемого по возбужденному уголовному делу, так и для выяснения других обстоятельств, связанных в том числе с проверкой заявления или сообщения о готовящемся, совершаемом или совершенном преступлении. Оперативно-розыскные меры могут быть реализованы только специально уполномоченными на то оперативными подразделениями перечисленных в ст. 13 Закона об ОРД органов. Следователи по находящимся в их производстве делам могут только поручать уполномоченным органам осуществление необходимых оперативно-розыскных мер, но сами проводить их не вправе.

12. В соответствии со ст. 51 Конституции, а также с п. 3 ч. 2 ст. 42, п. 7 ч. 4 ст. 44, п. 2 ч. 4 ст. 46, п. 3 ч. 4 ст. 47, п. 4 ч. 2 ст. 54, п. 1 ч. 4 ст. 56 УПК свидетельским иммунитетом в части, касающейся права отказаться от дачи показаний против себя самого и против своих близких, наделяются не только свидетели, но и другие участники уголовного судопроизводства, могущие владеть информацией о значимых для разрешения уголовного дела обстоятельствах: потерпевший, подозреваемый и обвиняемый.

13. Как следует из ст. 151 УПК, следователем, т.е. лицом, уполномоченным осуществлять предварительное следствие, а также иные предусмотренные УПК полномочия, может быть лишь то лицо, которое работает в должности следователя, старшего следователя, следователя по особо важным делам и т.п. в следственном подразделении органов прокуратуры, федеральной службы безопасности, внутренних дел РФ, по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ.

14. Согласно п. 55 комментируемой статьи под уголовным законом понимается УК. Вместе с тем, учитывая, что в силу ст. 10 УК уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, не имеет обратной силы, в делах о преступлениях, совершенных до 1 января 1997 г. (т.е. до введения в действие УК), в качестве уголовного закона может применяться УК РСФСР 1960 г. с последующими изменениями и дополнениями.

15. Правовые и организационные основы государственной судебно-экспертной деятельности определяются Законом о судебно-экспертной деятельности. В соответствии с ним государственными судебно-экспертными учреждениями являются специализированные учреждения федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов РФ, созданные для обеспечения исполнения полномочий судов, судей, органов дознания, лиц, производящих дознание, следователей и прокуроров посредством организации и производства судебной экспертизы, Экспертные подразделения, созданные федеральными органами исполнительной власти или органами исполнительной власти субъектов РФ, если им поручается производство судебной экспертизы, осуществляют функции, исполняют обязанности и имеют права как государственные экспертные учреждения. Создание и ликвидация государственных судебно-экспертных учреждений определяются законодательством РФ, а их деятельность - также нормативными правовыми актами соответствующих федеральных органов исполнительной власти (см., например, Инструкцию по организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденную приказом МВД России от 29.06.2005 N 511 // РГ. 2005. 30 авг.).

Помимо государственных судебно-экспертных учреждений к числу экспертных учреждений относятся также учреждения или их подразделения, не находящиеся в ведении федеральных органов исполнительной власти. Проведение такими учреждениями экспертиз по поручению органов дознания, предварительного следствия и суда также должно осуществляться на основании соответствующих нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти.


Глава 2.
Принципы уголовного судопроизводства

Статья 6. Назначение уголовного судопроизводства

1. Уголовное судопроизводство как особый вид социально-правовой деятельности призвано обеспечивать в первую очередь решение двух основных задач: 1) защиту прав и законных интересов граждан и организаций (а также, безусловно, интересов государства и общества в целом), потерпевших от преступлений; 2) защиту лиц, вовлекаемых в уголовное судопроизводство, от разного рода незаконного и необоснованного ограничения их прав и свобод.

2. Защита прав и законных интересов пострадавших в результате преступления обеспечивается в результате выявления и уголовного преследования лиц, совершивших это преступление, их осуждения и справедливого наказания, выявления размеров причиненного преступлением вреда и принятия мер по обеспечению его возмещения, ограждения потерпевших от новых преступных посягательств и т.д. В качестве специфических средств обеспечения этих целей выступают: процессуальное доказывание, привлечение в качестве обвиняемого, применение мер пpeceчения и других мер процессуального принуждения, а также иные предусмотренные УПК средства и способы.

Защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод обеспечивается детальной регламентацией оснований, условий и порядка применения мер, ограничивающих права и свободы, законодательным закреплением прав и обязанностей участников уголовно-процессуальных отношений и порядка их реализации, установлением в законе механизмов обжалования и проверки следственных и судебных решений.

3. Содержащееся в ч. 2 комментируемой статьи указание на то, что назначению уголовного судопроизводства соответствуют не только уголовное преследование, назначение виновным справедливого наказания, но и отказ от уголовного преследования, освобождение от наказания лиц, которые не могут быть ему подвергнуты, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, исключает возможность истолкования самого по себе факта прекращения уголовного дела (независимо от его основания) как свидетельствующего о незаконности или необоснованности решения о его возбуждении.

4. Отказ от уголовного преследования возможен не только в отношении невиновных, но и в отношении лиц, возможно, и совершивших преступление, но в силу закона (истечение срока давности, издание акта амнистии и др.) подлежащих освобождению от уголовной ответственности. Такой отказ может выражаться как в непринятии решения о привлечении в качестве обвиняемого, так и в вынесении решений об отказе в возбуждении уголовного дела или о его прекращении, а также в оправдании невиновного по приговору суда.

5. Реабилитация невиновного предполагает вынесение в отношении лица, подвергнутого уголовному преследованию в качестве подозреваемого или обвиняемого, оправдательного приговора или постановления о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления, отсутствием в деянии состава преступления, непричастностью данного лица к совершению преступления, а также в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения. Реабилитация лица влечет восстановление его прав и возмещение ему в соответствии со ст. 135, 136, 138 УПК и ст. 1070 ГК материального, морального и иного вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.


Статья 7. Законность при производстве по уголовному делу

1. Порядок судопроизводства на территории РФ определяется УПК, основанным на Конституции. Поскольку УПК является законодательным актом, специально предназначенным для урегулирования порядка уголовного судопроизводства, он в этой сфере обладает приоритетом по отношению к другим законам и тем более иным нормативным правовым актам, на что специально указал КС РФ в своем Постановлении от 27.03.1996 N 8-П по делу о проверке конституционности ст. 1 и 21 Закона РФ от 21.07.1993 "О государственной тайне" (ВКС РФ. 1996. N 2).

2. Анализируя сформулированное в комментируемой статье положение о том, что в случае несоответствия УПК других законов и иных нормативных правовых актов применению подлежит именно УПК, КС РФ пришел к выводу, что приоритет УПК перед другими федеральными законами не является безусловным: он может быть ограничен как установленной Конституцией (ч. 3 ст. 76) иерархией федеральных конституционных законов и обычных федеральных законов (к числу последних относится и УПК), так и правилами о том, что в случае коллизии между различными законами равной юридической силы приоритетными признаются последующий закон и закон, который специально предназначен для регулирования соответствующих отношений. Безусловный приоритет норм уголовно-процессуального законодательства, как считает КС РФ, может быть ограничен в случаях, когда в иных (помимо УПК, закрепляющего общие правила уголовного судопроизводства) законодательных актах устанавливаются дополнительные гарантии прав и законных интересов отдельных категорий лиц, обусловленные в том числе их особым правовым статусом. В силу ст. 18 Конституции, согласно которой права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими и определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием, разрешение в процессе правоприменения коллизий между различными правовыми актами должно осуществляться исходя из того, какой из этих актов предусматривает больший объем прав и свобод граждан и устанавливает более широкие их гарантии (см. Постановление от 29.06.2004 N 13-П; Определение от 08.11.2005 N 439-О по делу о нарушении конституционных прав ст. 7, 29, 182 и 183 УПК // СЗ РФ. 2006. N 5. Ст. 633).

3. Доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, являются недопустимыми, т.е. не имеющими юридической силы и не подлежащими использованию при доказывании обстоятельств, подлежащих установлению в ходе производства по уголовному делу (см. коммент. к ст. 75).

Недопустимыми доказательства признаются как в случае нарушения норм УПК судом, прокурором, следователем, органом дознания и дознавателем, так и в случае невыполнения установленных УПК требований при собирании доказательств подозреваемым, обвиняемым, их защитником, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями (см. коммент. к ст. 86).

4. Нарушение уголовно-процессуального законодательства при проведении процессуальных действий, не связанных непосредственно с собиранием и исследованием доказательств (предъявление обвинения, применение меры пресечения, ознакомление с материалами дела и т.д.), а также при принятии тех или иных уголовно-процессуальных решений ведет к признанию юридически ничтожными порождаемых этими действиями и решениями последствий. Так, в случае, если мера пресечения в виде личного поручительства была избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого без его на то согласия, ее несоблюдение в дальнейшем не может влечь замену меры пресечения на более строгую и возложение ответственности на поручителя.

5. Требование мотивированности определений суда, постановлений судьи (президиума суда, выступающего в качестве надзорной инстанции), прокурора, следователя, дознавателя означает, что все вышеперечисленные решения должны содержать обоснование сформулированных в них выводов ссылками на положения закона и конкретные исследованные соответственно в ходе судебного заседания или предварительного расследования материалы уголовного дела. При наличии в материалах дела доказательств, ставящих под сомнение обоснованность принятого решения, в определении (постановлении) должны быть приведены мотивы, по которым эти доказательства были отвергнуты. Мотивировка решения позволяет не только лучше уяснить существо и основания принятого решения, но и проверить в дальнейшем его законность и обоснованность.

Мотивировка решения во всяком случае должна носить конкретный характер, поэтому недопустимым является ее ограничение формальным воспроизведением предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований и условий применения тех или иных мер или совершения тех или иных действий.

В Определении от 25.01.2005 N 42-О по делу о нарушении конституционных прав и свобод положениями ст. 7 и 123, ч. 3 ст. 124, ст. 125, 388 и 408 УПК (ВКС РФ. 2005. N 4) КС РФ признал, что указанные статьи, в том числе ст. 7, в их конституционно-правовом истолковании не допускают отказ дознавателя, следователя, прокурора, а также суда при рассмотрении заявления, ходатайства или жалобы участника уголовного судопроизводства от исследования и оценки всех приводимых в них доводов, а также мотивировки своих решений путем указания на конкретные, достаточные с точки зрения принципа разумности основания, по которым эти доводы отвергаются рассматривающим соответствующее обращение органом или должностным лицом.

6. В том случае, если в определении или постановлении решаются сразу несколько вопросов, должны быть указаны мотивы каждого из принятых решений. Так, в постановлении о прекращении уголовного дела должны быть приведены мотивы как самого прекращения этого дела, так и решений относительно меры пресечения и судьбы вещественных доказательств. В постановлении о замене в порядке исполнения приговора назначенного осужденному вида исправительного учреждения при отбывании наказания более строгим суд должен не только мотивировать саму необходимость такой замены, но и указать мотивы, по которым в порядке замены им был назначен тот, а не иной вид наказания.


Статья 8. Осуществление правосудия только судом

1. Правило, закрепленное в ч. 1 комментируемой статьи, конкретизирует положение ч. 1 ст. 18 Конституции, согласно которой правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом.

Согласно ч. 2 ст. 118 Конституции судебная власть осуществляется, в частности, посредством уголовного судопроизводства. Понятие уголовного судопроизводства шире понятия правосудия, так как включает в себя не только деятельность судов по рассмотрению уголовных дел, разрешению жалоб на действия и решения органов предварительного расследования и разрешению других вопросов (правосудие), но и досудебную деятельность органов дознания, предварительного следствия и прокуратуры.

2. Под судами в данной статье понимаются: ВС РФ, областные, краевые и равные им суды, районные суды, военные суды, а также мировые судьи. Действуя в пределах своих полномочий, они рассматривают дела в первой, второй и надзорной инстанциях.

3. Из принципа осуществления правосудия только судом, как отмечалось в Постановлении КС РФ от 28.11.1996 N 19-П по делу о проверке конституционности ст. 418 УПК РСФСР, следует, с одной стороны, что никакой иной орган не может принимать на себя функцию отправления правосудия, а с другой - что на суд не может быть возложено выполнение процессуальных функций, не согласующихся с его положением органа правосудия (ВКС РФ. 1996. N 5).

4. Несмотря на то, что в комментируемой статье говорится о недопущении лишения права на рассмотрение уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которого оно отнесено УПК, лишь подсудимого, в силу ч. 1 ст. 47 Конституции такого права не может быть лишено любое лицо, в том числе обвиняемый и потерпевший, обжалующие в суд действия и решения органов предварительного расследования.

Подсудность уголовных дел суду определяется исходя из территориального, предметного (родового), персонального признаков, а также в зависимости от полномочий различных составов судов (см. коммент. к ст. 61-63).

При решении вопроса о праве конкретного судьи на рассмотрение того или иного уголовного дела должно учитываться не только наличие у него судейского статуса, но и уровень и местонахождение суда, в котором он работает, а также отсутствие предусмотренных УПК обстоятельств, исключающих участие данного судьи в деле.

5. Изменение государственным обвинителем в ходе судебного разбирательства квалификации действий подсудимого на статью, предусматривающую ответственность за преступление, дело о котором относится к подсудности суда более низкого уровня, не предполагает необходимости передачи дела в этот суд. Подобного рода решение могло бы привести к ограничению полномочий суда по осуществлению правосудия и к нарушению прав участников процесса на судебное разбирательство в разумный срок (п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека 1950 г.).

6. Касаясь вопроса о праве каждого на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которого оно отнесено законом, КС РФ в Постановлении от 16.03.1998 N 9-П по делу о проверке конституционности ст. 44 УПК РСФСР, ст. 123 ГПК РСФСР (ВКС РФ. 1998. N 3) признал не соответствующим Конституции произвольное изменение подсудности уголовных дел во внепроцессуальной форме и в отсутствие прямо указанных в законе оснований и условий для этого (см. также коммент. к ст. 31-36).


Статья 9. Уважение чести и достоинства личности

1. Признание достоинства, присущего всем членам человеческого сообщества, является основой свободы, справедливости и всех неотъемлемых прав личности (преамбула Международного пакта о гражданских и политических правах (16 декабря 1966 г.) (Ведомости СССР. 1976. N 17. Ст. 291; БВС РФ. 1994. N 12)). Признавая приоритет личности, ее прав и свобод, государство принимает на себя обязанность охранять достоинство личности во всех сферах жизни и не допускать его умаления ни при каких обстоятельствах (ст. 2, 18, 21 Конституции).

2. Унижающими честь и достоинство человека должны признаваться действия и решения, сопряженные с насилием, угрозами, оскорбительными высказываниями, а также лишающие человека возможности отстаивать и защищать свои права и законные интересы в качестве равноправного субъекта. Как отметил в своем Постановлении от 03.05.1995 N 4-П по делу о проверке конституционности ст. 220.1, 220.2 УПК РСФСР (ВКС РФ. 1995. N 2-3) КС РФ, обеспечение достоинства личности предполагает, что личность в ее взаимоотношениях с государством выступает не как объект государственной деятельности, а как равноправный субъект, который может защищать свои права всеми не запрещенными законом способами и спорить с государством в лице любых его органов.

3. Положения комментируемой статьи направлены на защиту личности, ее чести и достоинства прежде всего от злоупотреблений со стороны тех должностных лиц, которые наделены в процессе властными полномочиями, позволяющими им применять в отношении других участников процесса меры принуждения и совершать иные действия, связанные с ограничением прав и свобод граждан. Вместе с тем данная статья предполагает обязанность органов и должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, принимать меры к защите прав и законных интересов одних участников процесса от посягательств других.


Статья 10. Неприкосновенность личности

1. Право на свободу и личную неприкосновенность является одним из основных прав человека, гарантируемых как международно-правовыми актами о правах человека (в частности, ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах и ст. 5 Конвенции о защите прав человека 1950 г.), так и Конституцией. В соответствии со ст. 22 Конституции каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность; арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению, а до этого лицо может быть подвергнуто задержанию на срок не более 48 часов.

2. Лицо может быть задержано по подозрению в совершении преступления при наличии следующих оснований: 1) когда это лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; 2) очевидцы, в том числе потерпевшие, укажут на данное лицо как на совершившее преступление; 3) на этом лице или на его одежде, при нем или в его жилище будут обнаружены явные следы преступления; 4) лицо, в отношении которого имеются данные, дающие основание подозревать его в совершении преступления, пыталось скрыться либо не имеет постоянного места жительства, либо не установлена его личность, либо в суд направлено ходатайство об избрании в отношении этого лица меры пресечения в виде заключения под стражу (см. коммент. к ст. 91).

Основанием для применения заключения под стражу в качестве меры пресечения в отношении обвиняемого или подозреваемого является наличие достаточных оснований полагать, что он: 1) скроется от дознания, предварительного следствия или суда; 2) может продолжить заниматься преступной деятельностью; 3) может угрожать свидетелю, иным участникам процесса, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать предварительному расследованию и судебному разбирательству уголовного дела (см. коммент. к ст. 97); 4) будет уклоняться от исполнения приговора (см. коммент. к ст. 97, 108). При таких же основаниях возможно применение в качестве меры пресечения домашнего ареста (см. коммент. к ст. 107).

3. Положения комментируемой статьи, как и аналогичные положения ст. 22 Конституции, исключающие возможность лишения человека свободы в ходе производства по уголовному делу без предусмотренных законом оснований и без судебного решения, распространяются не только на случаи применения в отношении подозреваемых или обвиняемых задержания или заключения под стражу, но и на случаи помещения указанных участников процесса или иных лиц (потерпевших, свидетелей) в психиатрический или иной медицинский стационар, в частности, для проведения экспертизы.

4. При выявлении незаконности задержания, лишения свободы или помещения в психиатрический и иной медицинский стационар, а равно при истечении установленного законом и соответствующим процессуальным решением срока содержания под стражей суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель обязаны немедленно вынести постановление (суд в составе трех профессиональных судей-определение) об освобождении лица из-под стражи. Аналогичное постановление согласно ст. 50 Закона о содержании под стражей обязан вынести начальник ИВС или СИЗО, если к моменту истечения срока содержания подозреваемого или обвиняемого под стражей уполномоченным органом или должностным лицом не было принято решение о его продлении.

5. Заведомо незаконные заключение под стражу и содержание под стражей влекут уголовную ответственность.

6. Защита жизни и здоровья задержанного или арестованного обеспечивается особыми правилами размещения арестованных, организации их питания, медицинского обслуживания и т.д., установленными Законом о содержании под стражей, Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными приказом МВД России от 22.11.2005 N 950 (БНА. 2005. N 51), Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденными приказом Минюста России от 14.10.2005 N 189 (БНА. 2005. N 46). В случае возникновения опасности для жизни и здоровья задержанного или apeстованного, а также при угрозе со стороны других задержанных или арестованных совершения преступления против личности сотрудники мест содержания под стражей обязаны принять меры к обеспечению его личной безопасности.


Статья 11. Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве

1. Статья 45 Конституции, гарантируя государственную защиту прав и свобод человека и гражданина, предусматривает вместе с тем право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

2. Подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, их представителям должны быть разъяснены права, предусмотренные соответственно ст. 46, 47, 42, 44, 54, 45, 55 УПК, непосредственно после их ознакомления с решением в соответствии с которым эти лица обретают тот или иной процессуальный статус. Это, однако, не исключает необходимости в случае проведения отдельных следственных и иных процессуальных действий дополнительно ознакомить этих, а также иных участников процесса с их правами в ходе названных действий.

3. Неразъяснение участнику процесса его прав при проведении следственного действия является основанием для признания этого действия и его результатов юридически ничтожными. Полученные таким образом доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу приговора или другого решения суда, прокурора, следователя и дознавателя, а также иным образом использоваться в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства.

4. Согласно ст. 51 Конституции никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом. Федеральным законом также устанавливаются и иные случаи освобождения от обязанности давать показания. В частности, не могут быть обязаны давать показания священнослужители (об обстоятельствах, ставших известными из исповеди), депутаты Государственной Думы и члены Совета Федерации (об обстоятельствах, ставших известными в связи с осуществлением ими своих полномочий).

5. В случае возникновения угрозы жизни, здоровью, имуществу лиц, участвующих в деле, их близких родственников или иных близких лиц уполномоченными лицами должны приниматься организационные, технические и иные меры по их защите. Меры безопасности, принимаемые в отношении этих лиц в процессе расследования дела прокурором, следователем, органом дознания и дознавателем или при его рассмотрении судом, не должны препятствовать обвиняемому, его защитнику, другим участвующим в уголовном судопроизводстве лицам реализовывать свои процессуальные права.

6. В соответствии со ст. 133-138 УПК, а также ст. 1070 ГК вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, возмещается в специальном порядке (см. коммент. к ст. 133-138).

Согласно п. 2 ст. 1070 ГК (с учетом его истолкования КС РФ в Постановлении от 25.01.2001 N 1-П по делу о проверке конституционности положения п. 2 ст. 1070 ГК (ВКС РФ. 2001. N 3) вред, причиненный в процессе осуществления правосудия, если он не связан с принятием актов, разрешающих дело по существу, подлежит возмещению во всяком случае установления вины судьи, рассматривающего дело. Любые незаконные виновные действия (или бездействие) судьи (в том числе незаконное наложение ареста на имущество, нарушение разумных сроков судебного разбирательства, несвоевременное вручение лицу процессуальных документов, приведшее к пропуску сроков обжалования, неправомерная задержка исполнения судебного решения) должны, исходя из положения п. 2 ст. 1070 ГК в его конституционно-правовом смысле и во взаимосвязи с положениями ст. 6 и 41 Конвенции о защите прав человека 1950 г., рассматриваться как нарушение права на справедливое судебное разбирательство и, следовательно, как основание для решения о справедливой компенсации лицу, которому причинен вред нарушением этого права.

Вред, причиненный подозреваемому или обвиняемому действиями (бездействием) дознавателя, органа дознания, следователя, прокурора или суда, непосредственно не связанными с привлечением лица к уголовной ответственности, осуждением и применением мер процессуального принуждения, а равно вред, причиненный в ходе уголовного судопроизводства другим его участникам, подлежит возмещению в соответствии со ст. 1069 ГК в порядке гражданского судопроизводства.


Статья 12. Неприкосновенность жилища

1. Положения комментируемой статьи основываются на норме ст. 25 Конституции, согласно которой жилище неприкосновенно и никто не вправе проникать него против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения. В соответствии со ст. 10 Закона о введении в действие УПК данные положения введены в действие с 1 января 2004 г.

2. Предусматривая, что осмотр жилища может производиться только с согласия проживающих в нем лиц или на основании судебного решения, ч. 1 комментируемой статьи вместе с тем допускает, что в исключительных случаях, когда производство этого действия не терпит отлагательства, оно может быть произведено без получения судебного решения по постановлению следователя.

3. В исключительных случаях, не терпящих отлагательства, без получения судебного разрешения, а на основании одного лишь постановления следователя могут также производиться обыск и выемка в жилище.

4. В соответствии с ч. 5 ст. 165 УПК (см. коммент. к этой статье) в случае производства осмотра, обыска или выемки в жилище без судебного решения следователь обязан в течение 24 часов направить прокурору и в суд уведомление об этом, приобщив к нему вынесенное им постановление и протокол соответствующего следственного действия для проверки его законности.

5. Производство осмотра, обыска или выемки в жилище без получения судебного разрешения в ситуации, когда это не обусловлено требованием безотлагательности, влечет признание этого действия незаконным, а полученных в результате его доказательств - не имеющими юридической силы.

6. Правило, закрепленное в комментируемой статье, подлежит применению также в случаях, когда проникновение в жилище необходимо для производства в нем допроса, очной ставки, проверки показаний на месте, других следственных и иных процессуальных действий.


Статья 13. Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений

1. Статья 23 Конституции закрепляет право каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. При этом она гарантирует каждому право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, допуская возможность его ограничения только на основании судебного решения. Это право не только является важной гарантией права на неприкосновенность частной жизни человека, его личную и семейную тайну, но и обеспечивает сохранение конфиденциальности информации, касающейся сферы служебных и иных общественных отношений. Запрет нарушения тайны сообщений относится к лицам, как непосредственно оказывающим услуги в области почтовой и другой связи (см. ст. 15 Федерального закона от 17.07.1999 N 176-ФЗ "О почтовой связи" // СЗ РФ. 1999. N 29. Ст. 3697), так и работающим в иных сферах (в том числе осуществляющим расследование преступлений), а также к гражданам.

Информация, полученная кем бы то ни было в результате нарушения права на тайну сообщений, является юридически ничтожной и не может порождать для лиц, которых она касается, никаких юридических последствий. Суд, установив, что имеющееся в деле доказательство получено с нарушением права на тайну сообщения, должен признать его недопустимым.

2. Ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений граждан допускается на основании судебного решения лишь в случаях и в порядке, предусмотренных законодательством РФ, в частности УПК и Законом об ОРД.

3. Как отметил КС РФ в Определении от 02.10.2003 N 345-О "Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Советского районного суда г. Липецка о проверке конституционности части 4 статьи 52 Федерального закона от 16 февраля 1995 года "О связи" (ВКС РФ. 2004. N 1), информацией, составляющей охраняемую Конституцией и действующими на территории РФ законами тайну телефонных переговоров, являются любые сведения, передаваемые, сохраняемые и устанавливаемые с помощью телефонной аппаратуры, включая данные о входящих и исходящих сигналах, соединении телефонных аппаратов конкретных пользователей связи, поэтому для получения такого рода сведений органами, осуществляющими расследование преступлений или ОРД, необходимо судебное решение.

4. При наличии просьбы или согласия лица, ведущего телефонные или иные переговоры, их контроль и запись могут производиться без судебного решения.

5. О наложении ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотре и выемке в рамках уголовного судопроизводства, а также контроле телефонных и иных переговоров см. коммент. к ст. 185, 186.

6. Без судебного решения обыск, наложение ареста на почтовые и телеграфные отправления, их выемка в учреждениях связи, контроль и запись телефонных и иных переговоров и сообщений допускаются только в исключительных случаях, когда их проведение не терпит отлагательства. При этом следователь или орган дознания, по постановлению которого производилось соответствующее следственное действие, обязан в течение 24 часов уведомить об этом судью и прокурора. Признание судьей проведенного действия незаконным означает недопустимость всех полученных в его результате доказательств.


Статья 14. Презумпция невиновности

1. В комментируемой статье закреплен один из важнейших принципов демократического правового государства, нашедший свое отражение в ст. 49 Конституции, а также в ст. 11 Всеобщей декларации прав человека (10 декабря 1948 г.) (РГ. 1995. 5 апр.), ст. 6 Конвенции о защите прав человека 1950 г. и в ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Принцип презумпции невиновности определяет характер отношений между государством, его органами, должностными лицами и гражданами, с одной стороны, и лицом, против которого выдвинуты обвинения в преступлении, - с другой. Комментируемая статья текстуально относит презумпцию невиновности только к обвиняемому, т.е. к лицу, в отношении которого вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого или обвинительный акт. Однако ее положения в равной мере относятся и к подозреваемому-лицу, в отношении которого возбуждено уголовное дело или которое задержано по подозрению в преступлении либо к которому до предъявления обвинения применена мера пресечения (ст. 46 УПК).

2. Обвиняемый может быть признан виновным лишь при условии, что его вина будет доказана в предусмотренном законом порядке (т.е. надлежащими субъектами - дознавателем, следователем, прокурором, потерпевшим; с помощью допустимых доказательств; при соблюдении установленных законом сроков и иных условий) и установлена в обвинительном приговоре суда, вступившем в законную силу. Вынесение в отношении лица оправдательного приговора - независимо от оснований оправдания (за отсутствием события преступления, за отсутствием в деянии состава преступления, ввиду непричастности подсудимого к совершению преступления) - исключает возможность поставления его невиновности под сомнение.

Не позволяет говорить о виновности обвиняемого и вынесение в отношении него постановления (определения) о прекращении уголовного дела ввиду истечения сроков давности уголовного преследования, амнистии, смерти обвиняемого, изменения обстановки и по некоторым другим так называемым "нереабилитирующим" основаниям. Исходя из положений ст. 46, 49, 118 Конституции в их системной связи с нормами УПК, КС РФ в Постановлении от 28.10.1996 N 18-П по делу о проверке конституционности ст. 6 УПК РСФСР (ВКС РФ. 1996. N 5) признал, что решение о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию (в частности, в связи с изменением обстановки) не может подменять собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено ст. 49 Конституции.

3. После вступления приговора в законную силу принцип презумпции невиновности не утрачивает своего значения в сфере уголовного судопроизводства: именно из этого принципа должен исходить суд, проверяя законность и обоснованность вступивших в законную силу приговоров, определений, постановлений и оценивая обоснованность сделанных в приговоре выводов о виновности осужденного.

4. Правило о том, что подозреваемый и обвиняемый не обязаны доказывать свою невиновность, означает, в частности, что: 1) они не могут быть понуждены к даче показаний или к представлению имеющихся в их распоряжении других доказательств; 2) признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении признания совокупностью имеющихся доказательств по делу; 3) отказ от участия в доказывании не может влечь для обвиняемого негативных последствий ни в части признания его виновным, ни в части определения вида и меры наказания.

5. Освобождение обвиняемого от обязанности доказывать свою невиновность не лишает его права участвовать в доказывании по уголовному делу. При желании обвиняемый может давать показания, представлять доказательства (документы, вещественные доказательства), ходатайствовать о принятии мер к установлению и получению дополнительных доказательств. При этом закон не предусматривает для обвиняемого, участвующего в представлении доказательств, ответственности за дачу заведомо ложного показания, если, конечно, такое показание не сопряжено с обвинением невиновного лица в совершении преступления. Обвиняемый вправе также участвовать в доказывании, давая оценку собранным доказательствам в своих ходатайствах и заявлениях, а также в выступлении в судебных прениях.

На обвиняемом не лежит обязанность доказывать свои утверждения, опровергающие выводы стороны обвинения, проверка их достоверности является задачей стороны обвинения и суда.

6. Положения ч. 2 комментируемой статьи в той мере, в какой они исключают возможность установления для обвиняемого каких-либо негативных последствий в связи с неэффективно осуществляемой защитой, распространяются не только на самого обвиняемого, но и на его законного представителя и защитника. Однако, в отличие от подозреваемого и обвиняемого, их защитник-адвокат не только вправе, но и обязан использовать все указанные в законе средства и способы защиты в целях выявления обстоятельств, оправдывающих подозреваемого или обвиняемого, смягчающих их ответственность, и не вправе отказаться от принятой на себя защиты.

7. В ч. 3 комментируемой статьи воспроизводится правило, сформулированное в п. 3 ст. 49 Конституции, согласно которому неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

Неустранимыми сомнения признаются в тех случаях, когда собранные по делу доказательства не позволяют сделать однозначный вывод о виновности или невиновности обвиняемого, а предоставляемые законом средства и способы собирания дополнительных доказательств исчерпаны.

Как отмечалось в Постановлении КС РФ от 20.04.1999 N 7-П по делу о проверке конституционности положений п. 1 и 3 ч. 1 ст. 232, ч. 4 ст. 248 и ч. 1 ст. 258 УПК РСФСР (ВКС РФ. 1999. N 4), о неустранимости сомнений в доказанности обвинения следует говорить не только в тех случаях, когда объективно отсутствуют какие бы то ни было новые доказательства виновности или невиновности обвиняемого, но и когда при возможном существовании таких доказательств органы расследования, прокурор и потерпевший не принимают мер к их получению, а суд, в силу невозможности исполнения им обвинительной функции, не может по собственной инициативе восполнять недостатки в доказывании обвинения.

8. Правило о толковании сомнений может касаться лишь фактической стороны уголовного дела: уголовно-релевантных признаков деяния (способ совершения, мотив, цель, размер ущерба и т.д.); свойств личности обвиняемого; допустимости и достоверности отдельных доказательств, с помощью которых устанавливаются событие преступления и виновность конкретного лица в его совершении. В вопросах квалификации преступления или назначения наказания сомнения устраняются с помощью уяснения смысла закона и принятия волевого решения.

9. Решение, принятое в результате истолкования неустранимых сомнений в пользу обвиняемого, имеет такое же значение и порождает такие же юридические последствия, как если бы оно основывалось на доказанности невиновности обвиняемого.


Статья 15. Состязательность сторон

1. Состязательность как общий принцип организации и осуществления судопроизводства предусматривается ч. 3 ст. 123 Конституции. Как отметил КС РФ в Постановлении от 28.11.1996 N 19-П по делу о проверке конституционности ст. 418 УПК РСФСР (ВКС РФ. 1996. N 5), "этот конституционный принцип предполагает такое построение судопроизводства, при котором функция правосудия (разрешения дела), осуществляемая только судом, отделена от функций спорящих перед судом сторон. При этом суд обязан обеспечивать справедливое и беспристрастное разрешение спора, предоставляя сторонам равные возможности для отстаивания своих позиций, а потому не может принимать на себя выполнение их процессуальных (целевых) функций".

2. Недопустимость возложения на один и тот же орган или на одно и то же должностное лицо различных процессуальных функций не исключает возможности совершения теми или иными участниками процесса действий, внешне не совпадающих с их целевым предназначением. Так, обвиняемый может признавать себя виновным в совершении преступления, указывая на доказательства, его изобличающие, а потерпевший, наоборот, - настаивать на проявлении снисхождения в отношении обвиняемого. Более того, прокурор, осуществляющий от имени государства функцию уголовного преследования, не только вправе, но и обязан отказаться от поддержания обвинения в случае обнаружения его безосновательности. В таком положении нет отступления от принципа состязательности, поскольку этот принцип отнюдь не предполагает обязанности органов уголовного преследования поддерживать обвинение во что бы то ни стало, вопреки имеющимся доказательствам.

3. То обстоятельство, что в силу принципа состязательности суд не может выступать на стороне обвинения или защиты, исключает, в частности, его полномочие возбуждать уголовные дела или отказывать в их возбуждении (см. Постановления КС РФ от 28.11.1996 N 19-П и от 14.01.2000 N 1-П по делу о проверке конституционности отдельных положений УПК РСФСР // ВКС РФ. 2000. N 2), возвращать уголовные дела для производства дополнительного расследования в целях восполнения неполноты дознания и предварительного следствия (см. Постановление КС РФ от 08.12.2003 N 18-П по делу о проверке конституционности положений ст. 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405, а также гл. 35 и 39 УПК // ВКС РФ. 2004. N 1).

Вместе с тем суд обязан оказывать содействие сторонам в реализации их прав и обязанностей, обеспечивать по их просьбе получение и исследование дополнительных доказательств, имеющих значение для дела.

4. Принцип состязательности не исключает права суда в рамках предъявленного подсудимому обвинения истребовать и исследовать по собственной инициативе доказательства, необходимые для проверки приводимых сторонами доводов, оценивать значение тех или иных обстоятельств для правильного разрешения уголовного дела и принимать на основе такой оценки соответствующие решения. Иное не позволяло бы суду при рассмотрении уголовных дел давать объективную оценку отстаиваемым сторонами позициям и устранять возникающие в ходе судебного разбирательства сомнения в их обоснованности, а следовательно, не обеспечивало бы независимость суда при отправлении правосудия (Определение КС РФ от 23.01.2001 N 21-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Якурина К.А. на нарушение его конституционных прав частью 4 статьи 276 УПК РСФСР").

5. Наиболее полно принцип состязательности реализуется в стадии судебного разбирательства, в которой сторонам обвинения и защиты с помощью суда обеспечиваются равные права и возможности по отстаиванию своих интересов. Однако определенные начала состязательности проявляются и в иных процессуальных стадиях, в том числе в стадии предварительного расследования, что выражается в предоставлении стороне защиты возможности представлять доказательства и участвовать в их исследовании, заявлять отводы дознавателю, следователю, прокурору, заявлять ходатайства и приносить жалобы на действия и решения органов и должностных лиц, осуществляющих расследование, в том числе в суд. Важным условием обеспечения этого положения в стадии предварительного расследования является отсутствие у дознавателя, органа дознания, следователя и прокурора полномочий ограничивать процессуальные права стороны защиты, в том числе решать по своему усмотрению вопрос о допуске адвоката в качестве защитника к участию как в деле в целом, так и в отдельных действиях. На последнее обстоятельство было обращено особое внимание КС РФ, который в Постановлении от 27.03.1996 N 8-П признал не соответствующими Конституции положения Закона "О государственной тайне", ставившие возможность участия адвоката в качестве защитника в уголовном деле в зависимость от получения им допуска к государственной тайне, выдаваемого органом, осуществляющим уголовное преследование (ВКС РФ. 1996. N 2). КС РФ также признал в Постановлении от 25.10.2001 N 14-П нарушающим состязательные начала процесса положение, при котором адвокат мог получить свидание со своим подзащитным, содержащимся в СИЗО или ИВС, только при условии выдачи ему следователем или иным лицом, в производстве которого находится уголовное дело, специального документа - разрешения.


Статья 16. Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту

1. Право на защиту может быть реализовано подозреваемым и обвиняемым как непосредственно ими самими путем дачи показаний, представления доказательств, обращения с заявлениями и ходатайствами, обжалования действий и решений органов и должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование, и суда, так и с помощью защитника и (или) законного представителя. Несмотря на то, что защитник и законный представитель обладают в уголовном судопроизводстве относительно самостоятельным статусом, осуществляемая ими деятельность целиком обусловливается интересами подозреваемого (обвиняемого), а воспрепятствование этой деятельности расценивается как нарушение права на защиту.

2. Несмотря на то, что согласно УПК органы и должностные лица, осуществляющие уголовное судопроизводство, являются участниками процесса со стороны обвинения, они во всяком случае обязаны обеспечивать осуществление подозреваемым и обвиняемым права на защиту путем: разъяснения им их прав и обязанностей; удовлетворения ходатайств об истребовании доказательств, могущих иметь значение для дела; предоставления возможности знакомиться по окончании предварительного следствия и дознания со всеми материалами уголовного дела; обеспечения участия в деле защитника и т.д. Аналогичные обязанности возлагаются и на суд.

3. Обязанность суда, прокурора, следователя и дознавателя обеспечить подозреваемому и обвиняемому возможность защищаться всеми не запрещенными УПК способами и средствами не означает возможности совершения в ходе судопроизводства таких действий, которые не предусмотрены УПК и не согласуются с установленными в нем требованиями процессуальной формы.

4. Гарантиями права обвиняемого на защиту являются, в частности: запрет возлагать на обвиняемого обязанность доказывать свою невиновность (ч. 2 ст. 49 Конституции) и свидетельствовать против себя самого (ч. 1 ст. 51 Конституции); обязанность суда, прокурора, следователя и дознавателя толковать неустранимые сомнения в виновности обвиняемого в его пользу (ч. 3 ст. 49 Конституции); недопустимость ухудшения положения обвиняемого в связи с его отказом давать показания или иным образом участвовать в доказывании.

5. Конституция (ст. 48) гарантирует каждому обвиняемому право на квалифицированную юридическую помощь адвоката (защитника). Это означает, в частности, что в тех случаях, когда сам подозреваемый или обвиняемый по тем или иным причинам не может пригласить защитника, но и не отказывается от юридической помощи, суд, прокурор, следователь и дознаватель обязаны обеспечить участие в деле защитника из числа адвокатов.

6. Лицо, не состоящее в коллегии адвокатов, может участвовать в уголовном деле в качестве защитника только в том случае, если: а) об этом ходатайствует сам обвиняемый; б) в деле участвует адвокат-защитник или дело рассматривается мировым судьей; в) судом вынесено определение или постановление о допуске этого лица в качестве защитника.

7. Защитник допускается к участию в деле с момента осуществления указанных в ч. 3 ст. 49 УПК процессуальных действий, связанных с уголовным преследованием конкретного лица. В дальнейшем обвиняемый может пользоваться помощью защитника и в других стадиях уголовного судопроизводства.

8. Обвиняемому (подозреваемому) обеспечивается право выбрать защитника по собственному усмотрению.

При невозможности явки приглашенного защитника в случаях задержания подозреваемого или применения к обвиняемому или подозреваемому меры пресечения в виде заключения под стражу (ч. 4 ст. 50 УПК) в течение 24 часов дознаватель, следователь или прокурор принимает меры по назначению защитника.

Неявка защитника в судебное заседание или для производства иных процессуальных действий, при проведении которых предусмотрено его участие, не может служить основанием для производства соответствующих действий в его отсутствие, вне зависимости от того, участвует ли этот защитник в деле по соглашению с обвиняемым (подозреваемым) или по назначению. В таких случаях суд, следователь, дознаватель обязаны дать обвиняемому (подозреваемому) возможность пригласить другого защитника либо предоставить ему защитника по назначению; и только при отказе от помощи защитника или от его замены соответствующие действия могут быть совершены без участия защитника.

9. В случаях предусмотренных ст. 51 УПК, участие защитника является обязательным (см. коммент. к этой статье). Как признал Президиум ВС РФ, в судебном производстве по уголовному делу обязанность по обеспечению участия защитника, если он не приглашен самим обвиняемым либо другими лицами по поручению или с согласия обвиняемого, возлагается не только на суд первой инстанции, но и на суд кассационной инстанции (постановление от 13.10.2004 N 608п04 по делу Б.).

10. Подозреваемый и обвиняемый могут быть освобождены от оплаты труда адвоката, участвующего в деле в качестве защитника, по их заявлению с учетом материального положения и иных обстоятельств. В случаях, когда адвокат привлекается к участию в деле по назначению дознавателя, следователя прокурора или суда, расходы на оплату его труда компенсируются за счет средств федерального бюджета (ч. 5 ст. 50 УПК).

11. Необеспечение обвиняемому возможности лично отстаивать свои интересы в уголовном судопроизводстве всеми допустимыми средствами и способами или ограничение его возможности воспользоваться помощью адвоката (защитника) является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора и признание недействительными иных решений и действий.


Статья 17. Свобода оценки доказательств

1. Закрепленный в комментируемой статье принцип оценки доказательств по внутреннему убеждению имеет двоякий смысл: во-первых, он исключает использование правил формальной оценки доказательств; во-вторых, является важным условием обеспечения независимости судей, присяжных заседателей, прокуроров, следователей и дознавателей при принятии ими тех, или иных решений по уголовным делам.

2. Внутреннее убеждение представляет собой уверенность лиц, принимающих уголовно-процессуальные решения, относительно допустимости, относимости, достоверности и достаточности доказательств, а также тех выводов, которые следуют из совокупности этих доказательств.

3. Требования к оценке доказательств непосредственно адресованы суду, прокурору, следователю, дознавателю. Однако очевидно, что ими же должны руководствоваться и иные участники процесса при заявлении ходатайств, выступлении в прениях, подготовке жалоб на те или иные процессуальные решения.

4. Оценка доказательств по внутреннему убеждению не означает, что дознаватель, следователь, прокурор и суд полностью свободны в своих выводах относительно доказанности или недоказанности материалами дела тех или иных значимых для его разрешения обстоятельств: они в конечном счете обязаны руководствоваться теми предписаниями закона, которые определяют порядок получения, фиксации, проверки и оценки доказательств.

5. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы и подлежат оценке лишь в их совокупности. С учетом этого правила должны оцениваться любые доказательства, в том числе показания обвиняемого, признающего себя виновным, которые могут быть положены в основу обвинения лишь при условии их подтверждения всей совокупностью доказательств. В равной мере это относится к оценке значения заключений экспертов, вещественных доказательств.


Статья 18. Язык уголовного судопроизводства

1. В соответствии со ст. 68 Конституции государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык (ч. 1), но вместе с тем республики вправе устанавливать свои государственные языки, которые в органах государственной власти и государственных учреждениях республик употребляются наряду с государственным языком РФ (ч. 2).

Основываясь на этих положениях Конституции, Закон о судебной системе предусмотрел, что судопроизводство и делопроизводство в ВС РФ и военных судах ведутся на русском языке; судопроизводство и делопроизводство в других федеральных судах общей юрисдикции, как и у мировых судей, могут вестись также на государственном языке республики, на территории которой находится суд. При этом использование законодателем союза "а также" свидетельствует о том, что ведение судопроизводства и делопроизводства в судах на государственном языке республики возможно лишь наряду с производством на русском языке, но не вместо него.

Аналогичные правила содержатся в ст. 18 Закона РФ от 25.10.1991 N 1807-1 "О языках народов Российской Федерации" (в ред. от 24.07.1998) (Ведомости РСФСР. 1991. N 50. Ст. 1740; СЗ РФ. 1998. N 31. Ст. 3804). Там же, кроме того, устанавливается, что делопроизводство в правоохранительных органах ведется на государственном языке Российской Федерации или на государственном языке республики, на территории которой находится соответствующий правоохранительный орган.

Положение о том, что судопроизводство и делопроизводство в военных судах ведутся на государственном языке РФ - русском языке, закреплено также в ст. 6 Закона о военных судах.

2. Не владеющим языком, на котором ведется судопроизводство, является лицо, не понимающее устную и письменную речь, на которой ведется судопроизводство. Недостаточно владеющим языком судопроизводства следует признавать лицо, которое плохо понимает устную и (или) письменную речь на этом языке и не умеет свободно разговаривать на нем. При этом оценка соответствующих знаний и умений должна осуществляться исходя из возможности их применения в ходе производства по конкретному уголовному делу с учетом специфики используемой в нем терминологии.

Нуждающимися в помощи переводчика могут признаваться также немые, глухие, слепо-глухонемые.

3. В соответствии с ч. 2 ст. 26 Конституции, гарантирующей каждому право на пользование родным языком и свободный выбор языка общения, ч. 2 комментируемой статьи обязывает должностных лиц и органы, в производстве которых находится уголовное дело, разъяснять и обеспечивать каждому участвующему в деле лицу право совершать все юридически значимые действия на своем родном языке или на другом языке, которым оно владеет, и бесплатно пользоваться услугами переводчика. Такое право должно обеспечиваться любому участвующему в уголовном деле лицу, включая свидетелей, и прежде всего сторонам - подозреваемому, обвиняемому, их защитникам, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, их представителям.

4. Лицо, не владеющее или недостаточно владеющее языком, на котором ведется судопроизводство, вправе пользоваться как своим родным языком, так и любым другим языком, которым оно владеет в достаточной степени хорошо, независимо от его национальности.

5. В качестве переводчика может выступать лицо, которое свободно владеет как языком судопроизводства, так и языком, которым пользуется соответствующий участник процесса, может на этих языках не только разговаривать, но и читать и писать. При этом закон не предполагает обязательного наличия у такого лица специального филологического образования и квалификации переводчика: главное, чтобы имеющиеся у него навыки позволяли обеспечить решение задач, стоящих перед уголовным судопроизводством. В случае выявления недостаточной квалификации переводчика он подлежит отводу.

6. Знание языка, которым пользуется участвующее в деле лицо, не владеющее языком судопроизводства, судьей, прокурором, следователем или дознавателем не дает им права самим выполнять функции переводчика. Совмещение в одном лице функций переводчика и дознавателя, следователя, прокурора или судьи является основанием для констатации нарушения права пользоваться услугами переводчика и для признания недействительным проведенных в таких условиях следственных и иных процессуальных действий,

7. Необеспечение услугами переводчика подсудимого, его защитника, потерпевшего является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора.

8. Следственные и судебные решения (обвинительное заключение, приговор и т.д.), а также иные документы (протокол обыска, подписка о невыезде и т.д.), подлежащие в силу закона обязательному вручению подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему и другим участникам процесса, должны изготавливаться не только на языке, на котором ведется судопроизводство по уголовному делу, но и на том языке, которым владеет соответствующий участник процесса. Перевод документа должен быть изготовлен, оформлен и вручен заинтересованному лицу в максимально короткие сроки, с тем чтобы у него была реальная возможность защитить свои права.

Иные документы из уголовного дела предъявляются участникам процесса для ознакомления на языке судопроизводства и зачитываются в устном переводе.


Статья 19. Право на обжалование процессуальных действий и решений

1. Право обжалования процессуальных действий и решений суда, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя является одной из важнейших гарантий защиты гражданами своих прав и свобод от их нарушения как со стороны органов, осуществляющих производство по уголовному делу, так и со стороны иных лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве.

2. Согласно ст. 46 Конституции каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод и возможность обжаловать в суд решения и действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц. По сравнению с иными процедурами судебный порядок рассмотрения жалоб обеспечивает большую объективность (суды, не осуществляя иных функций, кроме отправления правосудия, непосредственно не заинтересованы в том или ином решении), более широкие возможности заинтересованных лиц в отстаивании своих интересов, большую авторитетность и обязательность принятого по результатам рассмотрения жалобы решения.

3. Действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя могут быть обжалованы как соответствующему прокурору, так и в случаях, когда они способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затрудняют доступ граждан к правосудию, - в суд. При этом, как отметил КС РФ в Постановлении от 23.03.1999 N 5-П по делу о проверке конституционности положений ст. 133, ч. 1 ст. 218 и ст. 220 УПК РСФСР (ВКС РФ. 1999. N 4), суд при проверке в период предварительного расследования тех или иных процессуальных актов не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по уголовному делу.

4. Конституция гарантирует каждому осужденному за преступление право на пересмотр приговора вышестоящим судом в порядке, установленном федеральным законом, а также право просить о помиловании или смягчении наказания. Как отметил КС РФ, в частности, в постановлениях от 06.07.1998 N 21-П по делу о проверке конституционности ч. 5 ст. 325 УПК РСФСР (ВКС РФ. 1998. N 6) и от 11.05.2005 N 5-П, конституционные гарантии права на судебную защиту и на пересмотр приговора предполагают обеспечение каждому рассмотрение его дела в судах первой и кассационной (апелляционной) инстанций; рассмотрение же уголовного дела в надзорной инстанции является лишь дополнительной гарантией права на судебную защиту. Комментируемая статья устанавливает больший объем содержания права на судебную защиту, предусматривая право каждого осужденного на пересмотр приговора не только в апелляционном или кассационном порядке, но и в порядке надзора, а также посредством возобновления производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.


Глава 3.
Уголовное преследование

Статья 20. Виды уголовного преследования

1. Комментируемая статья определяет три вида уголовного преследования. Связывая такую классификацию с характером и тяжестью преступлений, законодатель вместе с тем не ограничивается этим постулатом, не отсылает к нормам УК, а перечисляет уголовные дела о преступлениях, преследуемых в порядке частного обвинения (пять составов преступлений), и дела о преступлениях, преследуемых в порядке частно-публичного обвинения (девять составов преступления). Дела об остальных преступлениях преследуются в публичном порядке.

Понятие "уголовное преследование" дано в п. 55 ст. 5 УПК. Оно представляет собой процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения с целью изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Сообразно сказанному уголовные дела принято разделять на дела публичного обвинения, дела частно-публичного обвинения и дела частного обвинения.

2. К делам частного обвинения комментируемая статья относит дела о преступлениях, предусмотренных ст. 115 (умышленное причинение легкого вреда здоровью), 116 (побои), 129 ч. 1 (клевета без отягчающих обстоятельств), 130 ч. 1 (оскорбление), 130 ч. 2 (оскорбление, содержащееся в публичном выступлении или СМИ). Все они относятся к преступлениям небольшой тяжести.

Дела частного обвинения - это такие дела, которые возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего (его законного представителя) и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым (см. коммент. к ст. 318, 319, 321).

Имевшие место на практике тенденции переложить бремя обеспечения привлечения к уголовной ответственности по этим делам на пострадавших признаны ошибочными. КС РФ признал не соответствующими Конституции положения ч. 2 и 4 ст. 20, ч. 6 ст. 144, п. 3 ч. 1 ст. 145, ч. 3 ст. 318 УПК в той части, в какой они не обязывают прокурора, следователя, орган дознания и дознавателя принять по заявлению лица, пострадавшего в результате преступления, предусмотренного ст. 115 или ст. 116 УК, меры, направленные на установление личности виновного в этом преступлении и привлечение его к уголовной ответственности в закрепленном уголовно-процессуальным законом порядке (см. Постановление КС РФ от 27.06.2005 N 7-П).

3. Уголовными делами частно-публичного обвинения закон считает такие дела, которые возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, но прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат. Все производство по делу после его возбуждения осуществляется в таком же порядке, как и по делам публичного обвинения.

К делам о преступлениях, производство по которым осуществляется в порядке частно-публичного обвинения, отнесены дела о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 131 (изнасилование без отягчающих обстоятельств), ч. 1 ст. 132 (насильственные действия сексуального характера); ч. 1 ст. 136 (нарушение равноправия граждан), ч. 1 ст. 137 (нарушение неприкосновенности частной жизни), ч. 1 ст. 138 (нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений), ч. 1 ст. 139 (нарушение неприкосновенности жилища), 145 (необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение беременных женщин или женщин, имеющих детей до трех лет), ч. 1 ст. 146 (нарушение авторских и смежных прав), ч. 1 ст. 147 (нарушение изобретательских и патентных прав). Все перечисленные преступления, кроме предусмотренных ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132 УК, относятся к категории преступлений небольшой тяжести.

4. Уголовные дела о преступлениях, перечисленных в ч. 2 и 3 комментируемой статьи (дела частного, частно-публичного обвинения), могут быть возбуждены и при отсутствии заявления потерпевшего, если преступление совершено в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими правами (преклонный возраст, состояние недееспособности, болезнь потерпевшего и т.п.). В отличие от ранее действовавшего УПК дела частно-публичного обвинения вправе возбудить не только прокурор, но с его согласия также следователь и дознаватель.

5. Дела публичного обвинения - это дела, возбуждаемые уполномоченными органами (прокурором, следователем, дознавателем) в каждом случае обнаружения признаков преступления.


Статья 21. Обязанность осуществления уголовного преследования

1. Прежде чем проводить процессуальные меры по установлению события и лиц, виновных в совершении преступления, необходимо возбудить уголовное дело, если для этого имеются повод и основание (см. коммент. к ст. 140, 145-148) и отсутствуют обстоятельства, препятствующие возбуждению уголовного дела (ст. 24).

2. Возбуждение уголовного дела и проведение процессуальных действий по раскрытию и расследованию преступлений - это обязанности прокурора, следователя, дознавателя. Нормы, устанавливающие полномочия указанных должностных лиц, носят императивный характер. Субъектами обязанностей, установленных комментируемой статьей, являются исключительно представители исполнительной власти. Органы судебной власти (в отличие от ранее действующего УПК) здесь отсутствуют. Следовательно, поступившая к ним первичная информация о готовящемся или совершенном преступлении должна быть незамедлительно передана должностным лицам, указанным в комментируемой статье (см. коммент. к ст. 145).

3. В ч. 4 комментируемой статьи говорится о поручениях и запросах прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя, которые обязательны для исполнения всеми должностными лицами и гражданами. Наделение такими полномочиями участников уголовного процесса, ответственных за ведение дела, преследует цель обеспечения исполнения публично-правовых обязанностей, налагаемых на них в связи с осуществлением уголовного преследования.

4. Констатация полномочий прокурора по осуществлению уголовного преследования независимо от волеизъявления потерпевшего корреспондирует с ч. 4 ст. 20 (см. коммент. к этой статье).


Статья 22. Право потерпевшего на участие в уголовном преследовании

1. Вступление потерпевшего в уголовное судопроизводство и наделение его процессуальными полномочиями осуществляется по постановлению лица, ведущего данное уголовное дело. Это решение может быть принято при наличии в деле доказательств, указывающих на причинение лицу преступлением морального, физического или имущественного вреда. Признание потерпевшим может иметь место на разных этапах уголовного судопроизводства.

2. Поскольку согласно ст. 42 УПК потерпевшим в уголовном деле может быть как гражданин, так и юридическое лицо, законодатель дает понятия потерпевшего - гражданина, а также потерпевшего - юридического лица. Юридическое лицо признается потерпевшим в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации (см. коммент. к ст. 42).

3. Фактически лицо, пострадавшее от преступления, может участвовать в подготовке предпосылок для осуществления будущей обвинительной деятельности, когда обращается в компетентные органы с заявлением о совершенном преступлении, притом по делам не только частно-публичного, но и публичного обвинения (см. коммент. к ст. 20, 140, 141, 318).

4. Осуществляя функцию уголовного преследования, потерпевший может иметь двойной процессуальный статус: потерпевшего и гражданского истца (см. коммент. к ст. 42-44).

5. Если потерпевшим по уголовному делу является гражданин, он может осуществлять функцию уголовного преследования лично и (или) через представителя (за исключением обязанности давать показания). В случае признания потерпевшим юридического лица реализация процессуальных прав потерпевшего, как, впрочем, и гражданского истца, осуществляется через представителя.

6. Для реализации своих функций потерпевший уголовно-процессуальным законом наделен широким кругом процессуальных прав (см. коммент. к ст. 42).

7. Деятельность потерпевшего по участию в уголовном преследовании по делам публичного и частно-публичного обвинения основана всецело на его усмотрении.

8. Об осуществлении потерпевшим функции уголовного преследования по делам о преступлениях, преследуемых в порядке частного обвинения, см. коммент. к ст. 318, 319, 321.


Статья 23. Привлечение к уголовному преследованию по заявлению коммерческой или иной организации

1. Цель комментируемой статьи - создание особого уголовно-процессуального механизма применения норм гл. 23 УК в части обеспечения нормального функционирования деятельности коммерческих структур и иных организаций. В связи с этим в примечании 2 к ст. 201 УК указано, что если деяние, предусмотренное этой статьей либо другими статьями гл. 23, причинило вред исключительно коммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, уголовное преследование осуществляется по заявлению этой организации или с ее согласия. Одновременно в примечании 3 к этой же статье УК установлено, что при причинении вреда интересам других организаций, а также интересам граждан, общества и государства уголовное преследование осуществляется на общих основаниях.

2. Введение особого порядка уголовного преследования (а следовательно, и привлечения к уголовной ответственности лица) за указанные преступления означает создание еще одной сферы (кроме производств по делам частного и в меньшей мере частно-публичного обвинения) действия диспозитивного начала в рамках существующего в России уголовного судопроизводства. Это начало, как было замечено, действует при соблюдении жесткого условия: причинения вреда преступлением исключительно коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием.

3. Если на момент принятия решения очевидны: а) характер совершенного деяния; б) причинение вреда исключительно коммерческой или иной организации, то требование о возбуждении уголовного дела по заявлению руководителя организации или с его согласия не вызывает сомнений.

4. Названные в предыдущем пункте юридические факты могут быть далеко не очевидными и потому на момент принятия решения о возбуждении дела их нельзя считать установленными. Более того, нередко они могут быть выявлены и установлены только в ходе процесса доказывания по делу. Фактические данные, собранные для их подтверждения в ходе уголовного судопроизводства, могут быть признаны доказательствами только в том случае, если они получены в соответствии с федеральным законом (ст. 85-89 УПК). Такая деятельность по собиранию, проверке и оценке доказательств не зависит от воли коммерческой или иной организации, которой причинен вред преступлением. Это право и обязанность компетентных правоохранительных органов (в чем и заключается одна из форм проявления принципа публичности), причем к выполнению этой обязанности можно приступить после возбуждения дела. В таких случаях дело возбуждается на общих основаниях, так как дела о преступлениях, предусмотренных гл. 23 УК, относятся к делам публичного обвинения.

5. Для коммерческой или иной организации, указанной в комментируемой статье (и соответствующих статьях гл. 23 УК), огласка совершения преступления должностными лицами этих организаций может повлечь несравнимо больший моральный, а нередко и материальный (имущественный) вред. Поэтому в ходе предварительного расследования следует принять максимально допустимые меры к обеспечению тайны предварительного расследования (см. коммент. к ст. 161).


Глава 4.
Основания отказа в возбуждении уголовного дела, прекращения
уголовного дела и уголовного преследования

Статья 24. Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела

1. Любое из обстоятельств, перечисленных в ч. 1 комментируемой статьи, исключает возможность производства по уголовному делу независимо от того, в какой стадии процесса оно выявлено.

2. Прекращение уголовного дела могут влечь и иные помимо указанных в ст. 24 УПК обстоятельства, однако поскольку их установление возможно только в ходе предварительного расследования, ни одно из них не может препятствовать возбуждению уголовного дела.

3. Отсутствие события преступления признается основанием к отказу в возбуждении уголовного дела или к его прекращению в случае, когда выясняется, что либо самого деяния, якобы причинившего вред охраняемым уголовным законом отношениям или посягавшего на эти отношения, не существовало, либо причинение вреда было вызвано неуправляемыми силами природы или животными, либо потерпевший сам причинил себе вред.

4. За отсутствием состава преступления дело прекращается, если выясняется, что само деяние, в связи с сообщением о котором ведется проверка или возбуждено уголовное дело, имело место, однако: а) в содеянном нет всех признаков какого бы то ни было состава преступления, предусмотренного УК; б) деяние хотя формально и содержит признаки преступления, но в силу малозначительности не представляет общественной опасности (ч. 2 ст. 14 УК); в) имеются обстоятельства, исключающие преступность деяния (гл. 8 УК); г) после совершения преступления принят закон, устраняющий его преступность и наказуемость.

Если в таком деянии будут обнаружены признаки административного или иного правонарушения, орган или лицо, принявшее решение об отказе в возбуждении уголовного дела или о его прекращении, могут направить соответствующую информацию компетентным органам.

С учетом того, что в случаях прекращения уголовного дела за отсутствием в деянии состава преступления в связи с устранением новым уголовным законом преступности и наказуемости этого деяния хотя и констатируется невозможность дальнейшего осуществления уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого, но выдвигавшееся против него обвинение не признается необоснованным и он не получает право на реабилитацию, этому участнику процесса должно быть обеспечено право на доступ к правосудию и эффективную судебную защиту от обвинения путем продолжения производства по делу в установленных законом процессуальных формах (см. определения КС РФ от 05.11.2004 N 359-О по делу о проверке конституционности ч. 4 ст. 47, п. 1 ст. 254 УПК // ВКС РФ. 2005. N 2 и N 361-О по делу о проверке конституционности ч. 2 ст. 24, ч. 4 ст. 133, ст. 239, п. 1 ст. 254 УПК // ВКС РФ. 2005. N 2).

5. Обстоятельство, указанное в п. 3 ч. 1 комментируемой статьи, является нереабилитирующим, т.е. предполагающим наличие преступления, поэтому отказ в возбуждении или прекращение уголовного дела в связи с истечением срока давности возможны только при условии, что отсутствуют обстоятельства, предусмотренные п. 1 и 2 ч. 1 названной статьи.

6. Решая вопрос об отказе в возбуждении уголовного дела или о его прекращении в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, суд, прокурор, следователь, дознаватель должны руководствоваться соответствующими положениями УК. Исходя из ч. 1 ст. 78 УК, уголовное дело подлежит прекращению, если со дня совершения преступления истекли следующие сроки: два года после совершения преступления небольшой тяжести; шесть лет после совершения преступления средней тяжести; 10 лет после совершения тяжкого преступления; 15 лет после совершения особо тяжкого преступления.

Согласно ст. 94 УК сроки давности, предусмотренные ст. 78 УК, при освобождении от уголовной ответственности несовершеннолетних сокращаются наполовину.

Течение срока давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда, и возобновляется с момента его задержания или явки с повинной. Совершение лицом нового преступления не прерывает сроки давности; в таких случаях сроки давности по каждому преступлению исчисляются самостоятельно.

В отношении лиц, совершивших преступления против мира и безопасности человечества, предусмотренные ст. 353, 356-358 УК, уголовное дело не может быть прекращено за истечением сроков давности, поскольку в отношении них сроки давности не применяются.

Вопрос о применении давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, решается судом в любой судебной стадии. Если суд не сочтет возможным освободить указанное лицо от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, то смертная казнь и пожизненное лишение свободы не применяются.

7. В отношении умершего уголовное дело может быть прекращено в любой стадии процесса, однако при этом в стадиях надзорного производства и возобновления дел по вновь открывшимся обстоятельствам такое решение может быть принято лишь при условии, что смерть осужденного наступила до вступления приговора в силу.

Если после вступления в силу обвинительного приговора выявляется, что обвиняемый по данному делу умер в период судебного разбирательства или после провозглашения приговора, но до его вступления в силу, постановленный по делу приговор, а также решения судов апелляционной и кассационной инстанций (если дело ими рассматривалось) подлежат отмене в надзорном порядке с прекращением дела.

Отмена оправдательного приговора или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим лицо основаниям с последующим прекращением дела в связи со смертью обвиняемого не допускается.

Производство по уголовному делу в отношении умершего может быть продолжено лишь в том случае, когда есть достаточные основания полагать, что отсутствует событие преступления, в деянии отсутствует состав преступления, не доказана причастность лица к совершению преступления либо когда есть основания для вывода о виновности лица, осужденного вступившим в законную силу приговором, в совершении менее тяжкого преступления.

Если же в результате производства, направленного на полную или частичную реабилитацию умершего, будут установлены обстоятельства, свидетельствующие о его виновности в совершении первоначально инкриминируемого или даже более тяжкого преступления, дело должно быть прекращено по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 комментируемой статьи.

8. Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст. 115, 116, 129 ч. 1 и 130 УК (дела частного обвинения), а также ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132, ч. 1 ст. 136, ч. 1 ст. 137, ч. 1 ст. 138, ч. 1 ст. 139, ст. 145, ч. 1 ст. 146 и ч. 1 ст. 147 УК (дела частно-публичного обвинения), могут быть возбуждены не иначе как по заявлению потерпевшего, в связи с чем отсутствие такого заявления является основанием для отказа в возбуждении уголовного дела или для его прекращения, если вопреки требованиям указанной статьи дело было возбуждено в отсутствие жалобы.

Отсутствие заявления потерпевшего по делу частно-публичного обвинения не влечет отказа в возбуждении уголовного дела или его прекращения, если преступление совершено в отношении лица, находящегося в зависимом от виновного положении (материальном, служебном, родственном) или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами.

9. Близким по своей природе и последствиям к основанию, указанному в п. 5 ч. 1 комментируемой статьи, является такое обстоятельство, как отсутствие заявления или согласия руководителя коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, на привлечение служащего этой организации к уголовной ответственности за совершение деяния, предусмотренного гл. 23 УК и повлекшего причинение вреда исключительно интересам этой организации.

10. В целях обеспечения эффективного и независимого осуществления публичных функций отдельными категориями лиц Конституция и федеральные законы предусматривают необходимость получения предварительного согласия компетентных государственных органов или профессиональных сообществ на привлечение таких лиц к уголовной ответственности.

Об условиях осуществления уголовного преследования вышеназванных категорий лиц см. коммент. к ст. 448.

11. В случае совершения преступления лицом, обладающим в силу ст. 31 Венской конвенции о дипломатических сношениях (18 апреля 1961 г.) (Ведомости СССР. 1964. N 18. Ст. 221) и ст. 45 Венской конвенции о консульских сношениях (24 апреля 1963 г.) (Международное публичное право. Сб. документов. Т. 1. М.: Бек, 1996) дипломатическим иммунитетом, в возбуждении дела отказывается либо производство по нему прекращается. Примечательно, что даже процессуальные действия в отношении указанных лиц производятся лишь по их просьбе или с их согласия (см. коммент. к ст. 3).

12. Об отказе в возбуждении уголовного дела или о его прекращении орган дознания, следователь или прокурор выносят мотивированное постановление, в котором соответственно излагаются сущность заявления о преступлении или установленные в ходе предварительного расследования обстоятельства дела, а также основания к отказу в возбуждении дела или к его прекращению.

13. Прекращение уголовного дела влечет одновременно прекращение уголовного преследования, однако прекращение уголовного преследования не всегда сопряжено с прекращением дела.

14. В случаях, если лицо обвиняется в совершении нескольких преступлений или когда в совершении одного и того же преступления обвиняются несколько лиц, а основания к прекращению уголовного дела касаются только одного из обвинений, выносится постановление о прекращении уголовного преследования; в остальной части производство по делу продолжается.

15. Заметим, однако, что согласно ч. 4 комментируемой статьи уголовное дело подлежит прекращению в отношении всех подозреваемых или обвиняемых, за исключением случаев, предусмотренных п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК (т.е. при прекращении уголовного преследования ввиду непричастности указанных лиц к совершению преступления).

16. Отказ в возбуждении уголовного дела и его прекращение за истечением сроков давности уголовного преследования допускаются только при условии, что лицо, в отношении которого выносится соответствующее решение, против этого не возражает.

Закон не связывает право лица возражать против отказа в возбуждении уголовного дела или в его прекращении с какими-то определенными обстоятельствами, например с отрицанием виновности в совершении преступления.


Статья 25. Прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон

1. Установление в комментируемой статье (вслед за ст. 76 УК) основания и условий к прекращению уголовного дела с освобождением лица от уголовной ответственности в связи с примирением потерпевшего и лица, впервые совершившего преступление, - безусловное усиление в уголовном праве и в уголовном процессе действия диспозитивного начала (т.е. возможности субъекта уголовного процесса распоряжаться своими материальными и процессуальными правами), но проявляется оно иначе, чем по делам частного обвинения (п. 2 ст. 20 УПК). Диспозитивность, в частности (в отличие от производств по делам частного обвинения), не действует в стадии возбуждения уголовного дела. Решения о возбуждении уголовного дела и отказе в возбуждении уголовного дела принимаются в этом случае в обычном порядке и на общих основаниях (см. коммент. к ст. 146-149).

2. Действие диспозитивности в соответствии с комментируемой статьей не противопоставляется и не конкурирует с публичностью, поскольку волеизъявление жертвы преступления и причинителя вреда, пришедших к примирению, не влечет автоматического принятия решения о прекращении дела, а представляет собой лишь одно из условий, соблюдение которых может побудить (или не побудить) компетентные органы принять решение о прекращении дела, ибо закон лишь наделяет их таким правом, а не обязывает к этому.

3. Необходимо различать основания освобождения лица от уголовной ответственности (ст. 75-76 УК) и от наказания (ст. 78, 80.1 УК) от обстоятельств, исключающих преступность деяния: необходимой обороны, крайней необходимости и т.п. (ст. 37-42 УК). В последнем случае нет состава преступления (хотя и присутствует внешнее сходство этих действий с уголовно наказуемым деянием), поэтому лица, их совершившие, не подлежат уголовной ответственности и, следовательно, не могут быть освобождены ни от уголовной ответственности, ни от наказания. Аналогично оцениваются малозначительные деяния и добровольный отказ лица от доведения преступления до конца (ст. 14, 31 УК).

4. Поскольку в комментируемой статье речь идет о прекращении дела ввиду примирения потерпевшего (его законного представителя) с обвиняемым или подозреваемым в совершении преступления, лицо освобождается от уголовной ответственности после того, как вслед за возбуждением уголовного дела по нему проведены следственные действия, которыми установлены обстоятельства, входящие в предмет доказывания. В предмет доказывания по делу, по которому может стоять вопрос о применении правовых норм, содержащихся в комментируемой статье и ст. 76 УК, входят две группы подлежащих доказыванию обстоятельств: 1) обстоятельства, подтверждающие совершение конкретным лицом (лицами) определенных деяний, за которые УК предусмотрена уголовная ответственность; 2) обстоятельства, содержащие сведения о наличии оснований, условий и иных обстоятельств, которые согласно закону создают предпосылки к прекращению уголовного дела в соответствии с комментируемой статьей.

5. Сказанное означает, во-первых, что компетентными лицами должна быть проведена определенная деятельность по доказыванию, которая проводится в рамках производства по уголовному делу (ст. 73-89 УПК), в противном случае собранные фактические данные не имеют доказательственного значения (ч. 2 ст. 50 Конституции; ст. 75 УПК). Во-вторых, собрав достаточные доказательства, подтверждающие совершение лицом преступления, следователь (дознаватель), руководствуясь ст. 171 УПК, выносит постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого, которое затем этому лицу предъявляет.

6. Комментируемая статья предусматривает возможность освобождения от уголовной ответственности только такого лица, в отношении которого она может быть реально применена ввиду совершения им преступления небольшой или средней тяжести. К моменту же принятия решения о прекращении дела по основаниям, указанным в комментируемой статье и ст. 76 УК, необходимо при всех условиях с помощью доказательств установить, кто конкретно и какие уголовно наказуемые деяния совершил, какой статьей УК следует квалифицировать деяния. Эти обстоятельства отражаются в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого.

7. Среди практических работников распространено, однако, мнение о необязательном и даже ненужном вынесении в рассматриваемых случаях постановления о привлечении в качестве обвиняемого. Кроме соображений практического "удобства" и освобождения от "ненужного формализма", никаких доводов в подтверждение указанной позиции обычно не приводится. Представляется, что прекращение дела по основаниям, установленным в комментируемой статье, все же предпочтительнее осуществлять после привлечения лица в качестве обвиняемого. Ознакомившись с этим постановлением, обвиняемый получает возможность уяснить, какая ответственность угрожает, от чего он может быть освобожден при благоприятной ситуации. Кроме того, следует учитывать, что в ст. 171 УПК в императивной (категорической) форме изложено правило: "При наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, следователь выносит постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого". Складывается, таким образом, ситуация: если не доказано совершение преступления лицом, его нельзя освободить от уголовной ответственности; если же это доказано, надо прежде вынести постановление о его привлечении в качестве обвиняемого. Прекращение дела по указанным основаниям и в отношении подозреваемого, как представляется, - не правило, а исключение из него.

8. В комментируемой статье (воспроизводящей в этой части положения ст. 76 УК) возможность прекращения уголовного дела поставлена не вполне корректно в зависимость от примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим. В тех случаях, когда статья Особенной части УК предусматривает ответственность за преступление, которым потерпевшему причинен моральный, физический и имущественный вред, она направлена прежде всего на защиту здоровья, свобод, прав и интересов потерпевшего. Поэтому уголовно-правовое и уголовно-процессуальное значение имеют прежде всего волеизъявление потерпевшего, его оценка содеянного и личности того, кто совершил преступление. Следовательно, важно не то, что лицо, совершившее деяние, примирилось с потерпевшим, а то, что потерпевший простил его и примирился с ним. Конечно, примирение - акт двусторонний, но решающая роль в нем должна принадлежать потерпевшему.

9. В комментируемой статье особо подчеркнуто, что прекращение дела возможно "...на основании соответствующего заявления потерпевшего или его законного представителя...". Налицо, таким образом, определенное расхождение в формулировках уголовно-процессуального и уголовного материального законов. Эту коллизию, как представляется, необходимо решать на практике в пользу уголовно-процессуального закона. Оснований для такого вывода два: а) во-первых, подача заявления об уголовном преследовании лица или об отказе от такового-это акция чисто процессуальная, в силу чего приоритет в ее разрешении принадлежит нормам уголовно-процессуального, а не материального закона; б) во-вторых, УПК был принят и опубликован после принятия УК, в силу чего его нормы предпочтительнее как более поздние по времени принятия.

10. Одним из условий прекращения уголовного дела в связи с примирением потерпевшего с лицом, совершившим уголовно наказуемое деяние, является "заглаживание причиненного потерпевшему вреда". Оно может выражаться в возмещении потерпевшему вынужденных в связи с содеянным расходов и т.п. Причиненный моральный вред может быть компенсирован в денежном выражении.

11. В предмет доказывания по делу входит установление фактов добровольного и свободного волеизъявления потерпевшего при реализации им права на подачу заявления о примирении и при его осуществлении, а также фактов заглаживания причиненного потерпевшему вреда. Необходимо также собрать доказательства, подтверждающие, что обвиняемый (подозреваемый) впервые совершил преступление, составляющее предмет расследования. Обращение к ст. 76 УК, на обеспечение применения которой, собственно, направлены нормы комментируемой статьи, показывает, что освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением допускается, если преступление совершено впервые.

Термин "впервые совершившие преступление" законодатель употребляет не в буквальном, а в более широком смысле слова, так как ими считаются не только лица, фактически до этого не совершившие преступления, ранее не находившиеся под следствием или судом, но также и те лица, которые были ранее осуждены, но считаются несудимыми, так как в отношении них судимость погашена или снята в установленном порядке.

12. Решение о прекращении дела по основаниям, предусмотренным комментируемой статьей, принимает суд, а на предварительном расследовании-прокурор, а также следователь и дознаватель с согласия прокурора. В постановлении (определении) о прекращении дела должно быть указано: какие деяния совершены, квалификация содеянного, факт совершения впервые преступления небольшой или средней тяжести, а также отмечена добровольность состоявшегося примирения, форма заглаживания вреда. Выводы, содержащиеся в постановлении (определении), должны быть конкретны и мотивированы.

13. В приказе Генерального прокурора РФ от 18.06.1997 N 31 прокурорам предписано давать согласие на освобождение лица от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, примирением с потерпевшим, возможностью исправления несовершеннолетнего путем применения принудительных мер воспитательного воздействия только после тщательного изучения всех материалов, не ограничиваясь ознакомлением с постановлением следователя или органа дознания. При этом прокуроры обязаны выяснять доказанность факта совершения преступления и соблюдение предусмотренных законом условий для прекращения дела, а также проверять, не является ли заявление потерпевшего о прекращении дела результатом незаконного воздействия (Вопросы расследования преступлений. С. 767-771).

14. Постановления органов предварительного расследования и прокурора о прекращении дела могут быть обжалованы вышестоящему прокурору или в суд (см. коммент. к ст. 214, 125).


Статья 26. Утратила силу (Федеральный закон от 08.12.2003 N 161-ФЗ)

Отказ законодателя от института освобождения лица от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки повлек признание утратившей силу не только ст. 77 УК, но и ст. 26 УПК, так как отпали уголовно-правовые основания для принятия процессуального решения о прекращении уголовного дела. Инкорпорация же в УК ст. 80.1 означает принципиально иной подход к разрешению вопросов ответственности в связи с изменением обстановки по делам о преступлениях, не представляющих большой общественной опасности. Согласно ст. 80.1 УК лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, освобождается судом от наказания, если будет установлено, что вследствие изменения обстановки это лицо или совершенное им преступление перестали быть общественно опасными. Поскольку согласно ст. 80.1 УК вопрос об освобождении лица от наказания может решить только суд, последний может это сделать только в обвинительном приговоре (ч. 5 ст. 302 УПК), предварительно положительно решив вопрос о признании этого лица виновным (п. 5 ч. 1 ст. 302 УПК). См. коммент. к ст. 302.


Статья 27. Основания прекращения уголовного преследования

1. Основания к прекращению уголовного преследования - это определенные уголовно-процессуальным законом обстоятельства, установление которых вызывает отказ от дальнейшего производства по уголовному делу.

2. Основания, перечисленные в комментируемой статье, разнообразны по характеру, вызывают неодинаковые юридические последствия в случае их применения. Одни из них принято называть реабилитирующими (непричастность к совершению преступления, отсутствие события преступления, отсутствие состава преступления), другие - нереабилитирующими.

3. В числе оснований прекращения уголовного преследования по их изначальной принадлежности можно выделить две группы. Одни из них являются собственно принадлежностью комментируемой статьи. Другие, являясь основаниями, препятствующими возбуждению уголовного дела (п. 1-6 ч. 1 ст. 24), одновременно вызывают прекращение уголовного дела, если установлены в ходе производства по уголовному делу. Они же представлены в ч. 2 комментируемой статьи. Здесь нет противоречия, так как прекращение уголовного дела, как правило, означает и прекращение уголовного преследования, но не наоборот (см. ч. 4 ст. 24).

4. Подробнее об основаниях прекращения дела, являющихся одновременно основаниями к прекращению уголовного преследования, см. коммент. к ст. 24.

5. Новым основанием к прекращению уголовного преследования обозначена непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (вместо широко известного практическим работникам основания в виде недоказанности участия обвиняемого в совершении преступления - п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РСФСР).

6. Непричастность к совершению преступления фактически имеет место при отсутствии события преступления и при отсутствии в деянии состава преступления, но эти самостоятельные основания (п. 1, 2 ч. 1 ст. 24 УПК) не могут означать формы проявления непричастности обвиняемого (подозреваемого) к совершению преступления.

7. О непричастности к совершению преступления как самостоятельном основании прекращения уголовного преследования можно вести речь лишь тогда, когда имело место событие преступления, его существование доказано, однако в деле нет достаточных доказательств, совокупность которых привела бы к выводу о доказанности вины конкретного лица в совершении преступления. Подобное положение может сопровождаться (либо не сопровождаться) установлением вины другого лица. В то же время к моменту принятия решения должны быть исчерпаны дальнейшие реальные возможности к получению дополнительных доказательств. Решение вопроса в таких случаях можно найти, обратившись к положениям ст. 49 Конституции, согласно которой каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет установлена вступившим в законную силу приговором суда (ч. 1 ст. 49). Кроме того, неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого (ч. 3 ст. 49). Все это в совокупности порождает выводы о непричастности лица к содеянному.

8. Если рассматриваемое основание прекращения уголовного преследования относится не ко всем обвиняемым (подозреваемым), уголовное преследование вызывает прекращение дела в отношении одних лиц, но продолжается в отношении других. В том случае, когда с учетом конкретных обстоятельств дела исследуется возможность совершения деяния лишь одним конкретным лицом (например, по делу об изнасиловании), прекращение уголовного преследования в отношении конкретного лица означает и прекращение производства по делу в целом.

9. Прекращение уголовного преследования вследствие акта амнистии специфично в том отношении, что акт об амнистии Государственной Думы выносится в отношении индивидуально неопределенного круга лиц, а применяется он органами расследования, прокурором или судом к конкретным лицам в связи с производством по уголовному делу. Характерно, что на досудебных этапах уголовного судопроизводства акт амнистии применяется лишь постольку, поскольку он освобождает лицо от уголовной ответственности. Возможности суда шире: он вправе применять акт амнистии не только в указанных случаях, но и тогда, когда этот акт ориентирует на возможность освобождения от наказания, сокращения его или замены более мягким наказанием.

10. Основания прекращения уголовного преследования, указанные в п. 4, 5 ч. 1 комментируемой статьи, соответствуют положениям ч. 1 ст. 50 Конституции, согласно которой никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление.

11. В п. 6 ч. 1 комментируемой статьи впервые сформулировано такое основание прекращения уголовного преследования, как отказ соответствующего представительного органа в удовлетворении ходатайства Генерального прокурора РФ о лишении неприкосновенности Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий.

12. В соответствии с положениями ч. 3 комментируемой статьи уголовное преследование лиц, не достигших к моменту совершения общественно опасного деяния возраста, по достижении которого согласно закону возможна уголовная ответственность, подлежит прекращению ввиду отсутствия в деянии состава преступления.

13. Устанавливая правило, по которому без согласия обвиняемого не допускается прекращение уголовного преследования ввиду истечения сроков давности уголовного преследования (ч. 2 коммментируемой статьи), законодатель не совсем последователен (см. п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК). В рассматриваемом случае действительно с согласия обвиняемого прекращается уголовное преследование, но не по причине истечения сроков давности на это (т.е. на уголовное преследование), а ввиду истечения срока привлечения к уголовной ответственности (ст. 78 УК). Эти понятия хотя и взаимообусловлены, но не тождественны. Основание носит уголовно-правовой характер, и поэтому надо учитывать положения материального закона.

14. Основания прекращения уголовного преследования применяются на разных этапах судопроизводства различными субъектами, ответственными за ведение производства по уголовному делу, хотя и не в одинаковой степени. Различие оснований прекращения преследования нередко влияет на порядок принятия по ним решений. Например, в одних случаях необходимо иметь согласие обвиняемого на прекращение дела по тому или иному основанию; в других (при прекращении преследования в стадии предварительного расследования) следователю нужно получить согласие прокурора; и т.п.

15. В случаях, когда прекращение уголовного дела допускается только при согласии обвиняемого или потерпевшего, наличие такого согласия отражается в постановлении (см. коммент. к ст. 213).

16. УПК устанавливает и основания прекращения уголовного дела, и основания прекращения уголовного преследования. Поэтому законодатель счел необходимым специально указать (ч. 4 комментируемой статьи) о допустимости в принципе прекращения уголовного преследования в отношении обвиняемого, подозреваемого без прекращения дела.

17. Лицо, в отношении которого дело прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1 и 2 ч. 1 комментируемой статьи, имеет право на реабилитацию (см. коммент. к ст. 133), о чем ему должно быть разъяснено при вручении постановления о прекращении дела.

18. В случаях прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 1, 2 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ч. 1 комментируемой статьи, следователь или прокурор принимают предусмотренные УПК меры по реабилитации лица и возмещению вреда, причиненного реабилитированному в результате уголовного преследования (см. коммент. к ст. 212).


Статья 28. Прекращение уголовного преследования в связи с деятельным раскаянием

1. Регламентация в комментируемой статье особого основания и в определенной мере порядка прекращения уголовного преследования в связи с деятельным раскаянием обусловлена установлением в ст. 75 УК соответствующих уголовно-правовых предпосылок. В совокупности с положениями ст. 212-214, 221, 239, 254, 384 и др. комментируемая статья создает процессуальные условия и порядок прекращения уголовного преследования и уголовного дела по указанным основаниям на разных этапах судопроизводства.

2. Две части комментируемой статьи (ч. 1 и ч. 2) существенно различаются: по стилю изложения нормативного материала; по способу формулирования нормативных правил (в ч. 1 - прямой, в ч. 2 - отсылочный); по уровню определенности нормативных положений. Частью 1 установлено, что при наличии указанных в ней оснований и при соблюдении перечисленных условий управомоченные на то субъекты уголовного процесса "вправе" прекратить уголовное преследование. В ч. 2 сказано, что прекращение уголовного преследования при деятельном раскаянии лица в совершении преступления осуществляется судом, прокурором, а также следователем и дознавателем с согласия прокурора только в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК.

3. Комментируемая статья названа "Прекращение уголовного преследования в связи с деятельным раскаянием". Статья 75 УК, на которой базируется и на реализацию предписаний которой сориентирована ст. 28 УПК, названа "Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием". В том и другом случае в названии статьи акцент сделан на "деятельное раскаяние".

4. Деятельное раскаяние - это не только покаяние, сожаление о содеянном, страдание о происшедшем. Страдание и переживание лица, совершившего преступление, может быть учтено при назначении судом наказания за содеянное, но этого недостаточно для освобождения лица от уголовной ответственности и, следовательно, прекращения уголовного преследования на основании комментируемой статьи. Раскаяние, по замыслу законодателя, должно быть деятельным, активным, быть выражено в реальных поступках позитивного характера. Оно прежде всего должно внешне проявляться в полном и чистосердечном признании вины в содеянном. Далее деятельное раскаяние лица, совершившего преступление, объективируется в том, что это лицо после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию преступления, возместило причиненный ущерб или иным путем загладило вред, причиненный в результате преступления.

5. Неоднократная корректировка ст. 28 УПК и ст. 75 УК позволила, наконец, снять несоответствие между ними и положениями статей Особенной части УК, предписывающих освобождение от уголовной ответственности лиц, совершивших некоторые тяжкие и особо тяжкие преступления.

Требование ч. 1 ст. 75 УК относительно возможности прекращения уголовного преследования в связи с деятельным раскаянием лишь в отношении лиц, совершивших преступление небольшой или средней тяжести, означает, что к моменту прекращения дела должно быть установлено, что совершено преступление именно такой степени тяжести. Указание на квалификацию преступления, в совершении которого лицо фактически обвиняется, представляется предпочтительным дать не в постановлении о прекращении уголовного преследования, а до его вынесения - в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого (см. коммент. к ст. 25).

6. В соответствии с ч. 1 комментируемой статьи и ч. 1 ст. 75 УК освобождено от уголовной ответственности по указанным в них основаниям может быть только лицо, впервые совершившее преступление. Впервые совершившими преступление считаются не только лица, фактически не совершившие ранее преступления, не находившиеся под следствием и не осуждаемые судом, но также и те, которые были осуждены, но считаются несудимыми, так как в отношении них судимость погашена или снята.

7. УК (ч. 1 ст. 75) в ряду форм проявления деятельного раскаяния называет добровольную явку с повинной. В связи с этим в процессе доказывания по делу надо учитывать, во-первых, что явка с повинной должна быть добровольной, а не вынужденной, т.е. быть результатом чистосердечного раскаяния лица, а не следствием уговоров или иных форм воздействия дознавателей или следователей и не результатом неблагоприятной для него ситуации, обусловленной наличием у названных должностных лиц определенной информации о действиях явившегося с покаянием (хотя позитивное воздействие родственников, друзей и других близких ему лиц не ставит под сомнение "качество" явки). Во-вторых, явка с повинной должна иметь место, как правило, со стороны участника преступления, хотя из-за болезни, ранения и других обстоятельств заявление о явке с повинной может быть направлено почтой или через других лиц. В-третьих, в заявлении (устном или письменном) о явке с повинной должно быть выражено правдивое и безоговорочное признание вины в содеянном. Не может быть "повинной", если нет чистосердечного раскаяния и признания вины явившимся лицом.

8. Пленум ВС РФ разъяснил судьям, что в каждом случае "...необходимо проверить, являлось ли заявление, поданное в органы расследования, или сообщение (в любой форме) о преступлении, сделанное должностному лицу органа расследования, добровольным и не связано ли это с тем, что лицо было задержано в качестве подозреваемого и подтвердило свое участие в совершении преступления" (п. 4 постановления Пленума ВС РФ от 11.06.1999 N 40).

9. Второй (после явки с повинной) формой проявления деятельного раскаяния УК указал способствование лица раскрытию преступления. В общем виде оно означает оказание обвиняемым (подозреваемым) своими действиями по собственной инициативе помощи правоохранительным органам в изобличении лиц, совершивших преступление, обнаружении орудий и следов преступления, похищенного, выявлении других доказательств.

10. Еще одним показателем наличия деятельного раскаяния является возмещение лицом, совершившим преступление, причиненного ущерба и заглаживание иным образом вреда, причиненного преступлением. Возмещение материального ущерба может быть осуществлено путем передачи потерпевшему вещей, денег или иных ценностей. Компенсация морального вреда осуществляется в основном в денежном выражении путем договоренности сторон. Возмещение ущерба может иметь место в форме восстановления прежнего состояния поврежденного имущества (ремонт автомашины, дачи и т.п.). Кроме того, лицо, совершившее преступление, может просить прощения, извинения у потерпевшего, опубликовать соответствующее сообщение в печати или использовать для этого возможности местного радио.

11. Конкретные проявления раскаяния входят в предмет доказывания по уголовному делу. Активные действия лица должны быть доказаны, подтверждены собранными по правилам УПК доказательствами, отражены в протоколах и других материалах дела. В постановлении о прекращении уголовного преследования должно быть указано, в чем конкретно состоит деятельное раскаяние лица, совершившего преступление, какими доказательствами это подтверждено.

Постановления о прекращении уголовного преследования по основаниям, указанным в комментируемой статье, отменяются, как свидетельствует практика, в основном ввиду недоказанности фактов деятельного раскаяния, а следовательно - необоснованности принятого решения.

12. Лицо, совершившее тяжкое или особо тяжкое преступление, освобождается от уголовной ответственности (с прекращением уголовного преследования) при наличии условий, предусмотренных ч. 1 ст. 75 УК, и оснований, указанных в соответствующих статьях Особенной части УК.

13. Прекращение уголовного преследования на основании комментируемой статьи возможно в разных стадиях уголовного процесса и на разных этапах некоторых из них (ст. 28, 212-214, 239, 254, 384, 408 УПК). При этом суды первой, второй и надзорной инстанции (если это - судебная коллегия) прекращают уголовное преследование или уголовное дело определением; судья при единоличном рассмотрении и президиум суда (в надзорной инстанции), а на досудебных этапах также прокурор или с его согласия следователь, дознаватель - постановлением.

14. Среди практических работников существует мнение, что согласие на прекращение уголовного преследования могут давать не только прокуроры, но и их помощники. Такое решение не основано на положениях комментируемой статьи и ч. 2, 6 ст. 37 УПК.

15. Факт отсутствия возражений лица, совершившего преступление, на прекращение уголовного преследования по рассматриваемому основанию должен быть отражен в постановлении о прекращении уголовного преследования (см. коммент. к ст. 212).

16. Потерпевший вправе обжаловать постановление о прекращении уголовного преследования на общих основаниях.

17. На практике возник вопрос о возможности ознакомления потерпевшего с материалами дела, прекращенного в стадии предварительного расследования. На такое право потерпевшего в нормах УПК, регулирующих порядок прекращения дела в этой стадии, не указано (ст. 212). Однако согласно ст. 42 УПК потерпевший вправе ознакомиться со всеми материалами дела с момента окончания предварительного следствия, а завершение его прекращением дела - одна из установленных законом форм окончания предварительного следствия. Ознакомление с материалами прекращенного дела - средство обеспечения заинтересованному лицу права на обжалование постановления органа расследования в суд или вышестоящему прокурору. Поэтому положительное решение рассматриваемого вопроса соответствует не только нормам УПК, но и ст. 46 Конституции.

18. О действиях прокурора в связи с прекращением уголовного дела или уголовного преследования по рассматриваемому основанию см. коммент. к ст. 25.


Раздел II.
Участники уголовного судопроизводства

Глава 5.
Суд

Статья 29. Полномочия суда

1. Устанавливая право суда признать лицо виновным в совершении преступления и назначить ему наказание, законодатель тем самым подчеркивает, что только суд, применяя нормы уголовно-процессуального права, вправе одновременно в полной мере применять нормы Особенной части УК. Следователи, дознаватели и прокуроры тоже применяют нормы Особенной части УК. Однако характер, порядок, объем, цели и правовые последствия этой деятельности на разных стадиях уголовного процесса различны. Применение норм уголовного права в ходе расследования решает в основном промежуточные, хотя и важные процессуальные задачи. Применение же норм уголовного права судом в приговоре означает разрешение уголовного дела по существу, вызывает уголовно-правовые последствия в виде определения масштабов уголовной ответственности, устанавливает характер уголовно-правовых отношений и предписывает пути их реализации. Кроме того, вынесение приговора порождает комплекс уголовно-процессуальных отношений в связи с правом сторон на его обжалование. Наконец, вступление в законную силу приговора означает наличие юридического факта, порождающего уголовно-исполнительные отношения.

2. Наряду с традиционным для суда "набором" прав и обязанностей законодатель существенно расширил полномочия суда по контролю за исполнением законов и обеспечению прав граждан, участвующих в уголовном судопроизводстве на его досудебных этапах. Прежде всего это находит отражение в ч. 2 комментируемой статьи, определяющей компетенцию суда: а) в части ограничения свободы подозреваемого, обвиняемого (п. 1-3 ч. 2); б) в части разрешения органам предварительного расследования проводить в ходе следствия и дознания следственные и иные процессуальные действия, связанные с ограничением прав и свобод граждан (п. 4-11 ч. 2). Такие установления не только развивают те положения, которые были в 1990-х гг. инкорпорированы в ранее действовавший УПК РСФСР, но и делают в этом направлении очередной шаг вперед, с одной стороны, способствуя укреплению законности, а с другой - усилению правовой защиты граждан.

3. Тенденция к усилению судебного контроля за исполнением законов на дознании и предварительном следствии и защите прав граждан в ходе расследования присутствует и в положениях ч. 3 комментируемой статьи, устанавливающей правомочие суда в ходе досудебного производства рассматривать жалобы на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя. С этим положением корреспондирует содержание ст. 125 УПК, согласно которой могут быть обжалованы в суд по месту проведения предварительного расследования постановления дознавателя, следователя, прокурора об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные их действия (бездействие) и решения, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию (см. коммент. к ст. 125).

4. В ч. 4 комментируемой статьи указано право суда на вынесение частного определения (постановления) как средства реагирования на выявленные обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, нарушения прав и свобод граждан, а также на другие нарушения, допущенные при производстве расследования или нижестоящим судом. Законодатель не пытался дать закрытый перечень вопросов, которые могут стать предметом частного определения (постановления), подчеркнув, что указанные процессуальные акты могут быть вынесены и в других случаях (например, обнаружившихся фактах нарушения законности государственными служащими, должностными лицами органов управления различных форм собственности, неявки в суд участников уголовного процесса, а также нарушения порядка в судебном заседании).

5. Комментируемая статья определяет лишь главные направления деятельности суда. В то же время некоторые направления в этой статье не обозначены даже в общей форме. Это относится, в частности, к деятельности суда в стадии исполнения приговора, хотя роль судебной власти на этом этапе чрезвычайно важна и ответственна (обращение приговора к исполнению, условное и условно-досрочное освобождение от наказания, изменение режима содержания осужденного к лишению свободы и т.п.). Этим вопросам посвящены гл. 46 и 47 УПК.


Статья 30. Состав суда

1. В отличие от ранее действовавшего уголовно-процессуального закона действующий УПК не увязывает правомочие на единоличное рассмотрение уголовного дела с принадлежностью судьи только к районному суду или к мировым судьям.

2. Единоличное рассмотрение уголовных дел, однако, не только сохранено, но и приумножено. Если по прежнему уголовно-процессуальному закону судья единолично рассматривал дела о преступлениях, за которые максимальное наказание, предусмотренное уголовным законом, не превышало пяти лет лишения свободы, то теперь он наделен таким правомочием по уголовным делам, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное законом, не превышает десяти лет лишения свободы.

3. Анализируя положения комментируемой статьи в сопоставлении с последующими статьями УПК, необходимо заметить, что единоличное рассмотрение уголовных дел является достоянием не только первого звена федеральных судов общей юрисдикции (включая военные суды), но и судов второго звена этой судебной системы, поскольку к их подсудности отнесены дела о многих преступлениях, по которым максимальное уголовное наказание согласно нормам УК (п. 1 ч. 3 ст. 31) не превышает десяти лет лишения свободы.

4. В то же время рассмотрение дела в составе трех профессиональных судей допущено в районных судах, хотя показатели рассмотрения дел в коллегиальном составе у них будут ниже, чем в областных и равных им по компетенции судов. Объясняется это тем, что к подсудности районных судов отнесено рассмотрение сравнительно небольшого числа дел о преступлениях, по которым максимальное наказание может быть назначено свыше десяти лет лишения свободы.

5. Сопоставление положений комментируемой и последующей статей уголовно-процессуального закона показывает, что коллегиальный состав суда, состоящий из 12 присяжных заседателей, может быть образован (по ходатайству обвиняемого) областными, краевыми и равными им по компетенции судами. Следовательно, суды второго звена федеральных судов общей юрисдикции могут рассматривать в первой инстанции уголовные дела: а) единолично федеральным судьей; б) в составе трех федеральных судей; в) в составе федерального судьи и 12 присяжных заседателей.

6. УПК подтвердил ранее принятые нормативные акты, которые установили рассмотрение единолично мировым судьей всех дел, отнесенных к его ведению (см. коммент. к ст. 31).

7. В комментируемой статье обоснованно отмечено отсутствие единообразия в определении количественного состава судов второй инстанции: при рассмотрении дела в кассационном порядке - в составе трех федеральных судей; при рассмотрении дела в апелляционном порядке-федеральным судьей районного суда единолично. При рассмотрении уголовного дела в надзорном порядке суд составляет не менее трех судей федерального суда общей юрисдикции.


Статья 31. Подсудность уголовных дел

1. Подсудность, как процессуальный институт, предназначена играть организующую роль в сфере уголовно-процессуальных отношений, разграничивая полномочия различных судов по рассмотрению уголовных дел в первой инстанции. Чтобы определить, какому конкретно суду предстоит рассмотреть то или иное уголовное дело, необходимо учитывать, какое совершено преступление, где (на какой территории), а в некоторых случаях - и кем оно совершено. Поэтому принято выделять признаки подсудности: предметный (родовой), территориальный, персональный. Подчеркнем, что определение подсудности уголовного дела означает установление конкретного суда, который полномочен рассмотреть его (уголовное дело) в первой инстанции. Полномочия же судов по рассмотрению дел в кассационной и надзорной инстанциях зависят от того, кто рассматривал дело в первой инстанции и какой над ним функционирует вышестоящий суд. Если, например, дело рассмотрел в первой инстанции районный суд, то кассационной инстанцией по этому делу будет судебная коллегия по уголовным делам областного (или равного ему) суда, а ближайшей надзорной инстанцией - его президиум. Если же в первой инстанции дело рассмотрел, например, краевой суд, кассационная инстанция - Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ, а надзорная - его президиум. Апелляционные жалобы и представления на приговоры и иные акты мировых судей рассматриваются районным судом, решения которого в кассационном порядке могут быть обжалованы в судебную коллегию областного и равного ему суда (см. коммент. к ст. 355). Таким образом, вопрос о надлежащих судах кассационной, апелляционной и надзорной инстанции решается автоматически.

2. Разграничивая положение судов по рассмотрению уголовных дел в первой инстанции с учетом характера преступления, законодатель в комментируемой статье использует предметный (родовой) признак подсудности, прибегая для более удобного и краткого изложения не к перечислению преступлений, а к перечню статей УК, которыми эти преступления квалифицированы органами обвинительной власти. Но при этом определяется лишь звено судебной системы, а не конкретный суд. Вот почему необходимо использовать в каждом конкретном случае еще территориальный и (или) персональный признак подсудности.

3. По поводу территориального признака подсудности см. коммент. к ст. 32. Персональный признак подсудности определяется субъектом преступления и имеет важное значение для разграничения подсудности общих и военных судов, а в какой-то мере - для определения подсудности ВС РФ (см. коммент. к ст. 452).

4. Определяя подсудность мировых судей, закон установил, во-первых, общий принцип: им подсудны уголовные дела о преступлениях, максимальное наказание за совершение которых не превышает трех лет лишения свободы, и, во-вторых, оговорил, дела о каких преступлениях (в отступление от общего правила) не передаются на их рассмотрение.

5. При определении по предметному принципу подсудности среднего звена федеральных судов общей юрисдикции (т.е. областных и равных им судов) законодатель избрал метод простого перечисления статей УК, предусматривающих ответственность за совершение преступлений, уголовные дела о которых отнесены к ведению указанных судов. Однако в отступление от этого правила в п. 3 ч. 3 комментируемой статьи предусмотрено, что указанным судам подсудны уголовные дела, в материалах которых содержатся сведения, составляющие государственную тайну.

6. Определение подсудности ВС РФ осуществляется в исключительном порядке, хотя в определенной мере используется персональный признак. В частности, когда законодатель отсылает к ст. 452 УПК, установившей, что уголовные дела в отношении членов Совета Федерации, депутатов Государственной Думы, федеральных судей по их ходатайству, заявленному до начала судебного разбирательства, рассматриваются ВС РФ.

Закон отнес к подсудности ВС РФ дела особой сложности при условии, что имеется ходатайство Генерального прокурора РФ, а также ходатайство обвиняемого. Как показывает практика последних лет, Судебная коллегия ВС РФ в первой инстанции рассматривала в основном дела об особо тяжких преступлениях, совершенных на территории ряда регионов России; дела, неоднократно ранее рассматриваемые областными и районными судами и ввиду сложности не получившие правильного разрешения, в силу чего решения по ним неоднократно отменялись, и т.п.

7. Предметный признак определения подсудности районных судов, рассматривающих основную массу уголовных дел, представлен в иной форме, чем при определении подсудности мировых судей. В ч. 2 комментируемой статьи указано, что районным судам подсудны дела о всех преступлениях, за исключением уголовных дел, отнесенных к ведению других звеньев федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей.

8. Подсудность военных судов определена в УПК (ч. 5, 6 комментируемой статьи) по тому же предметному признаку, что и подсудность общих судов. Возникшие в связи с этим противоречия между нормами УПК и Законом о военных судах (ст. 14, 22) отвергать нельзя. Заметим, однако, что решать этот вопрос следует в УПК, так как вопрос о подследственности - это процессуальный, а не судоустройственный вопрос.

9. Гражданский иск подлежит рассмотрению в рамках уголовного дела о преступлении, которым потерпевшему причинен материальный или моральный вред, так как только в этом случае он "вытекает" из уголовного дела. Но этот иск можно (по желанию потерпевшего) рассматривать в порядке гражданского судопроизводства. Тогда его подсудность определяется по правилам ГПК.


Далее >>>>>>>>>>>>

Образцы документов

1. Договоры
2. Исковые заявления
3. Доверенности
4. Учредительные документы
5. Адреса мировых судов г.Челябинска
6. Адреса районных судов г.Челябинска
7. Арбитражный суд Челябинской области
8. Адрес Челябинского областного суда


Юридические услуги в сфере автострахования, ДТП, Судебных разбирательств со страховыми компаниями.

Юридические услуги представителя в суде по гражданским делам

Юридические консультационные услуги консультации: по эл. почте, по телефону, выездные.

Юридические услуги для организаций. Абонентское обслуживание, Арбитражный процесс и пр.

Регистрация и ликвидация юридических лиц различной правовой формы.

Юридические услуги: составление исковых заявлений, договоров иных документов.

Юридические Услуги в сфере защиты прав потребителей.

Юридические Услуги в семейном праве. Оформление наследства, опека и попечительство. Бракоразводный процесс.

Юридические Услуги в сфере недвижимости. Регистрация, сопровождение сделок, приватизация и пр.

Челябинск 2014
Юридическая компания "Форлекс", 454048 г.Челябинск, ул.Доватора, д.48 оф.410
Тел.: 8 (351) 230-66-90, 248-48-86, 248-28-68
pravo174@bk.ru